Когда проглядел приближенье таинственной ночи,я листом был пожалован каштановым, ржавымс плеча припозднившейся осени, баловницы,глазастой шалуньи.Я платил ей оброки – кабальную жатву из строчек,а душа проплывала в пространствахвесёлых, державных,но всегда возвращалась.Стыдливо-покойной, усталой гетерой,охрипшей певуньей.И вся жизнь казалась нелепицей вздорной,словно лыжи в прихожей у вешалки летом.Но шаманил сверчок за стеной, за звездой, –виртуоз просторечья,и куражился ветер в щеляхнад судьбой беспризорной –а всё это и было, по сути, советом.И стало ответом: что за слово, с котороговсё начиналось,почему оно стало предтечей.Это вечнозелёное слово – порука любви круговая –колобродит оно, паруса раздувает,наполняет мехи, над лозою щебечети смерть отмечает зелёным венцом просветленья.Чтоб доверился камень зерну.Позвонками упруго играя,чтоб душа осеняла крылами просторы стиха,и, пытаясь себя к небесам приспособить,у звезды кареглазой училась терпенью.<p>«Королева лукавой усмешки…»</p>
Анне И.
Королева лукавой усмешки,Ты меня полюбить не смогла.Не гулять нам уж больше неспешноВдоль эмалевой глади пруда.И людская молва не осудитНеуклюжего беса в ребре,И никто головы не остудит,Одинокой в своём серебре.Я забуду тебя, безусловно.Лишь украдкой вздохну об одном:Жаль, что будешь совсем не виновнаТы в игрушечном счастье моём.<p>После долгой разлуки…</p>
Ксении М.
Нет, не словами – зеленью травыхотел было писать твои портреты,но не хватило рук и головы.Ни слов, ни красок, понимаешь, нет на это!Тебе бы разыскать самойПалитру, краски, кисти, крошку неба –Вот, девочка, когда б пошли холстыкак юные и неумелые солдаты!А я, ленивым голубем, чуратьсявдруг начал общности с рассудком,всё гадая, – что ж в тебе зачато.Но, впрочем, ведь любил тебя!И разве виновата,была ты, что могла так вороватоплести мечты, лепить свои скульптуры…Да, я забыл упомянуть,что в залежах своей макулатурыя воцарил твоё шальное имя,и на губах обветренных каталкак камушек морской: «к» – «с» – и после – «я».Как сам? Да так… Шаманю понемногу,и жить хочу, и умереть, – ей-богу –тут тоже постоянства нет,как нет его ни в чём – ни в песнях,ни в дорогах, ни в любви, ни дажев тех мечтах, от коих я отрёкся.Сегодня день-деньской промучился обманом.Но знаю наперёд, что этот мир облёксяблагословением божьим, как дурманом,как будто мы горящую путевкув минувшее купили на двоих…<p>Светлана</p>
