Проведя несколько месяцев в этой реальности, Сара уже успела повидать немало городов, и все они находились в разрушенном состоянии — некоторые сильнее других. Судный день превратил Нью-Йорк и крупнейшие европейские центры в сгоревшие обломки, изогнутые и искривленные стальные каркасы некогда громадных и всемирно известных зданий, в скопление ржавых, искореженных автомобилей, выстроившихся во многокилометровых пробках на разрушенных улицах. Другие города, такие, как Буэнос-Айрес, оказались сравнены с землей лишь частично, будучи изуродованы воронками, оставшимися после того, как первые волны боевых машин Скайнета столкнулись с тактическим ядерным оружием. Асунсьон тоже был разрушен, но не так сильно.
Как и другие города Южной Америки, он избежал ядерных ударов Судного Дня. В 1997 году этот континент пострадал сравнительно незначительно от русских боеголовок, направленных скорее на американские базы, а не на гражданское население и инфраструктуру. Но затем явились холод и тьма, глобальное изменение климата, свержение правительств, массовые нарушения общественного порядка, а затем анархия и уличные побоища между враждующими полевыми командирами. Позже пришли машины, в большом количестве надвигавшиеся по команде Скайнета, выискивая и уничтожая людей.
За последние четыре месяца Сара успела повидать десятки опустевших городов, и большинство из них выглядели почти так же. Она пересекла весь континент, много где побывав, от пыльных, продуваемых ветрами равнин Аргентины до устья Амазонки в Бразилии, где теперь росли какие-то странные, прежде невиданные джунгли, совершенно переродившиеся и сильно отличавшиеся от экваториальной
Колонна из пяти автомобилей въехала в город: два Хамви, два пятитонных армейских грузовика и БТР. Сара сидела на переднем сиденье первого Хамви, который вел Т-800, а еще один сидел сзади, управляя зенитной пушкой. Они старались использовать одни и те же боевые машины в непосредственных боевых столкновениях снова и снова, допуская получение уже поврежденными Терминаторами новых ранений, так как серьезные и долговременные повреждения плоти и кожи Терминатора делали его непригодным для последующей их крупной задачи: путешествия сквозь измерения в Мир Джейд. Неповрежденным Терминаторам хватало по горло вспомогательной работы, в том числе охраны растущего числа военнопленных. На голове у Т-800, сидевшего в задней части Хамви, еще оставались какие-то остатки лица, но кожа и мясо с его тела были содраны, почти обнажив эндоскелет.
Оказавшись между городскими зданиями, Сара теперь ясно видела вблизи, до какой степени они были разрушены и изрешечены пулями. Все окна казались разбитыми, а многие стены полностью обвалились и превращены в руины обстрелами, орудийными снарядами и огнем из гранатометов. Этот район был превращен в развалины за время боев между враждующими полевыми командирами, затем во время войны с машинами — а теперь снова с боевиками. «Видишь где-нибудь противника?», спросила Сара Терминатора. У нее на коленях лежал автомат, а у ног песочного цвета брезентовый рюкзак с гранатами и запасными магазинами.
«Никак нет».
«Ладно, притормози здесь».
Допросы и данные разведки указывали на то, что еще остававшиеся заправилы «Восставшей Освободительной Армии» и ополчения другого полевого командира, «Сынов Земли», прятались в бывшем подземном штабе Сопротивления, здесь, в Асунсьоне. Атаковать их там будет сложно, однако возможно, поскольку известно было их точное местонахождение, и имея при себе Терминаторов. Тот факт, что эти две группировки, «Восставшая Армия» и «Сыны», сформировали между собой альянс, являлось доказательством того, насколько они ослабели; и тем не менее, они, без сомнения, будут драться. Они не будут сидеть сложа руки и ждать атаки. По всему городу, должно быть, были размещены их наблюдатели.
Пока колонна ползла по улицам города, Сара напряженно осматривалась повсюду, разглядывая каждую крышу, каждое окно, ожидая снайперских пуль. Ее напряжение постоянно росло, так как она знала, что они приближаются к штабу противника. Вскоре они окажутся под огнем — вскоре или же никогда. В
