У меня будет целый день, чтобы намозолить ей глаза. Надеюсь, что в день рождения мне уже повезет. Главное действовать и не отступать. Она ведь любит меня.
Кажется, я ее тоже.
Эта мысль обожгла, едва мы выехали за пределы города. Потихоньку, словно бусины на ниточку я нанизывал идеи, которые сложились в стратегию, а потом и в полноценный план. Женька прав. Сто раз прав. Я предложил Асе уехать, но при этом не подумал о гарантиях, в которых нуждается любая нормальная девчонка. После Алены я вообще не хотел ничего гарантировать женщинам. А после моих выходок Ася скорее с чертом в ад согласится спустить, чем поедет со мной в Штаты. Что ж… Будем исправлять ситуацию.
Едва эти мысли устаканились в голове, я уснул. Проспал до самого аэропорта, а потом и во время полета сладко дремал, предвкушая встречу.
Уже в Праге я взял такси. Водитель многое мне подсказал и терпеливо ждал, пока я закончу дела по дороге в отель. И… о чудо. Едва мы притормозили у гостиницы, Ася буквально упала мне в руки. Это же судьба. Или знак. Все получится.
— Последний раз спасаю, — проговорил я, поймав свою неуклюжую зайчишку.
Она вся в этом. Не окажись меня рядом, отбила бы себе зад. А то и голову.
Нет, я обязан быть с ней все время рядом. Это банальный вопрос безопасности. И он не обсуждается.
*Оберон — язык программирования высокого уровня, разработанный Никлаусом Виртом, для исполнения программ на котором предназначена одноимённая операционная система.
**ЦЕРН (CERN) — Европейская организация по ядерным исследованиям, крупнейшая в мире лаборатория физики высоких энергий. Также иногда переводится как Европейский Центр ядерных исследований
— Ты? — выпалила я, с ошарашенным возмущением.
Кирилл улыбнулся, прижимая меня к себе крепче.
— Я, зайчишка.
— Ты! Какого черта, Нечаев! Откуда ты тут взялся?
Придя в себя, я начала по привычке громко возмущаться, выбираясь из его объятий. Кирилл не удерживал силой, но снова прихватил за локоть, потому что мои ноги опять заскользили.
— Ты ходячая катастрофа, Аська, — посмеивался он. — Тебя нельзя отпускать одну в серьезные путешествия. Вот и приехал присмотреть.
— И можешь катиться обратно, — заявила я громко.
Вырвав руку, я поспешила убраться подальше от отеля, но краем глаза видела, как швейцар достает его чемоданы и приглашает пройти внутрь. Кирилл последовал за ним, а не за мной. Слава богу.
Похоже, Алка подставила с этой поездочкой. «Давай, это же мечта», — пели они с Женькой мне в уши, а сами, наверно, заранее сдали Киру. Гады. С такими друзьями врагов не надо.
Я быстро шла, глядя под ноги и ругаясь мысленно всеми известными крепкими выражениями. Приехала, называется, в город мечты. Теперь, как и дома, придется ждать, что из-за угла на меня выпрыгнет Нечаев и задушит поцелуями.
С этими невеселыми мыслями, кипя и негодуя, я не заметила, как дошагала до Пороховой башни.
Блеск. Устроила, называется себе пешую экскурсию. А ведь на карте, которую я забыла дома, отмечала по дороге кафешку, в которой хотела попробовать маринованные сардельки. В телефоне остался маршрут, но без пометок. И надо было забыть дома едва ли не самую ценную вещь. Я, конечно, помнила почти все, что отмечала, но вот в таком раздрае забыла.
И вообще!
Я разозлилась, решив, что внезапное появление Кирилла не испортит мне эти дни. Особенно завтрашний. Вот ничего не изменит Нечаев. Пусть хоть расшибется, а я буду веселиться, как планировала. Иначе никакой Праги не увижу, а я тут не каждый день бываю.
Вместо намеченной сардельки, я прямо на улице взяла себе кусок печеной на углях рульки, подкрепилась и с насильно приподнятым настроением пошагала к Карлову мосту. Вот уж там я точно смогу наслаждаться Прагой так, как хотела.
Добравшись до берега Влтавы, я замерла, пораженная красотой и величием моста, который встречал меня триумфальной аркой Староместской башни. В толпе туристов и под взглядами статуй я дошла до середины, чувствуя тот самый трепет и блаженство, которые всегда настигали, когда я смотрела на фотографии. Только сейчас все было усилено эффектом присутствия в сотни раз.
Я встала чуть поодаль от статуи Яна Непомуцкого, смотрела на воду и берега. Сама себе не верила. Моя Прага. Неужели я здесь? Волшебство.
Туристы фотографировались и терли барельеф статуи. Я абстрагировалась от суеты и впитывала в себя дух места, которое видело так много, впитало в себя эпохи, события, эмоции. Здесь невероятно чувствуется, что у города есть душа. Каждый камень — живой. Каждая статуя смотрит именно на тебя. Жутко и торжественно.
Я чувствовала, как заряжаюсь темной готикой, обретая странную силу и смелость. Я буду делать здесь все, что хочу. Это Прага. И у меня завтра день рождения к тому же.
— Завораживает, да? — услышала я голос Кирилла.
Вздрогнула. Первое, что попыталась — сбежать. Как обычно. Но он поставил руки на широкие каменные перилла моста, прижался ко мне сзади, заключив в ловушку.
— Не убежишь, зайчишка. Я тебя поймал.
— Будешь стоять так вечно? — огрызнулась я.