— Мать его, — заорал он, саданув рукой по сейфу. — Ты дуришь меня, девочка?
Стерн навис надо мной, хватил за горло, сжимая. Я вцепилась в его руку, стараясь оторвать, но он давил все сильнее сжимая, не обращая внимания на сопротивление.
— Не знаю. Я правда, не знаю, — кряхтела я, едва дыша.
— Твой день рождения, — потребовал Стерн, слегка ослабив хватку.
Я назвала дату.
— С прошедшим, — хохотнул Макс, отпустил меня и вернулся к сейфу.
«Убьет», — пронеслось у меня в голове, потому что идея с датой моего рождения в виде кода для сейфа была более, чем бредовой. Я глазам не поверила, когда замок щелкнул и дверца поддалась. Стерн издал победоносный вопль, но очень быстро сдулся.
-Бабки! Сраные доллары, — заорал он. — Где документы? Твою, мать!
Он снова уставился на меня налитыми кровью глазами. Сделал шаг вперед.
— Где. Нечаев. Хранит. Документы, — чеканил Стерн каждое слово.
Черт, какой правильный ответ? В офисе? Я не знаю? Откуда мне вообще знать про документы? Я и про деньги ничего не хотела слышать.
Максим нависал надо мной, как гора, и опять тянул руки к шее.
— В спальне, — выпалила я. — У него в спальне еще один сейф. Может там?
Я вся сжалась от собственного вранья, ожидая, что Максим сразу все поймет. Но он, видимо, сам не хотел терять надежду. Схватив за руку, Стерн потащил меня из кабинета, наверх по лестнице. Я молила бога, чтобы выпал подходящий случай для побега.
— Хоть какой-то толк от того, что ты грела его койку, — ворчал Стерн, волоча меня за собой, заталкивая в спальню. — Где?
— В гардеробной, — пискнула я, — за штангой с костюмами.
Максим отпустил и рванул по указанному направлению.
Я дождалась, когда он скроется, и тут же помчалась обратно по коридору и вниз по лестнице.
— Стерва, — догнал меня крик, когда я уже была на последней ступеньке.
Обернувшись, увидела его, но скорость не сбавила. Нужно было успеть к двери. Не глядя под ноги, я устремилась через гостиную. По закону подлости и во славу своей нелепой координации, я споткнулась, полетела носом вперед прямо на низкий журнальный столик. Инстинктивно выставила руки вперед. Как в замедленной съемке, я видела, как задеваю со столика вазу, смахиваю ее на пол. Она падает и разбивается вдребезги, а я приземляюсь следом. Прямо ладонями в осколки. Кажется, ударилась, но боли не чувствую, потому что вижу, как на коже проступают капли крови. Сильнее, больше. Мутит и кружится голова. Отключаясь, я слышу голос. Кажется, что и Кирилла. Галлюцинации. Слишком много голосов. Этого не может быть. Мы ведь одни в доме. Наверно, это уже все снится. Ну и хорошо.
Вернувшись из Праги, я попал в водоворот. Хорошо еще, что Славик справился. Не скажу, что на сто процентов, но вполне. Оставив его за старшего, я плотно занялся отделением от Стерна. Переговоры с Хьюстоном прошли как нельзя удачно, а работа Андреева на второй и трезвый взгляд показалась буквально золотым прииском программирования. Обрисовав новые горизонты ребятам из Коноко, я наметал план и для Жени. Он, казалось, все не мог поверить, что нас ждет долгое совместное сотрудничество.
Я пока не посвящал его в нюансы, и провел как рядового специалиста через отдел кадров. Учитывая новые обстоятельства и сложности с отделением, я должен был снова отложить вылет в Америку. Правда, заказчик, узнав новые перспективы, даже не думал подгонять. Они будут нас хоть сто лет ждать, лишь бы получить эту новую систему расчетов. Я планировал отчалить уже в начале года. Не терпелось приступить к работе.
Но сначала нужно было разобраться со Стерном. Едва я выдал ему, что собираюсь отделиться и использовать свою часть исследований отдельно, Макса порвало на мелкие тряпочки. Он то впадал в истерику, то начинал угрожать, то скулил и уговаривал. Но чаще угрожал. Надо сказать, совершенно беспочвенно, потому что по договору я имел право на подобные движение. Когда мы открывали Нечаев&Стерн, я вообще собирался просто выкупить часть разработок Макса. Сошлись на партнерстве только потому, что Стер обещал заниматься развитием и рекрутингом светлых умов. После того, что я узнал от Женьки, не удивлюсь, если Максим не просто спустя рукава относился к конкурсам, но и намеренно отсеивал перспективные проекты.
Я его даже понимал отчасти. Зачем стремиться к расширению, если и так можно косить бабло со стабильных сырьевых компаний. Зачем привлекать молодёжь, если вскоре кто-то из них мог бы стать третьим партнером. Я вообще был бы не против мультипартнерства. А со Стерном теперь вообще не хотел иметь никаких общих дел. К черту его.
Еще одна беда свалилась на голову в виде родной сестрицы. Узнав, что мы с Женей теперь будем работать вместе, она первым делом пришла в восторг и визжала, как ненормальная, благодаря меня. Потом Лялька переспала с этими новостями и с самого утра вынесла мне мозг, мол, я специально тащу Андреева в Америку, чтобы разлучить их.