Алексин рассмеялся. Роскоши не обещаю. Не будет роскоши…. Но приличный вид наши пропагандисты должны иметь…. И темы для бесед с уральцами продумать нужно. И материалами – примерами, фактами вас вооружить. Иначе, – если не подумать заранее, – пользы мало будет. Экспромты в таком важном деле не всегда оправдываются.
- Для общего дела пользы мало будет – закончил он. И обошёл всех, пожимая руки на прощание.
С Сахно встретились через день. Игорь Данилович приехал в офис лектория точно в согласованное время. Хоть и музыкант в прошлом, представитель искусства, но военный музыкант – к точности привык. После демобилизации из армии, Сахно работал в школе, преподавал труд и, – пока оно было в программе, – «военное дело». А в свободные часы охотно и безвозмездно вёл музыкально-артистический кружок. В своё время он приобщил к музыке и Тёму Ситникова. А сейчас даже с энтузиазмом принял приглашение поработать с молодёжной группой Дома Культуры. Хотя зарплаты ему не обещали. Но он любил своё дело. Знал и этих ребят. …Алексин решил, что начать разговор следует с рассказа о делах РВС.
Сахно оказался гораздо старше, чем предполагал Павел. Пожалуй, ровесник Лёвы. А среди людей послевоенного поколения, – в этом Алексин давно убедился, – было немало принявших перемены 90-х годов с большими надеждами. Даже энтузиазмом. Многие поддались массированной пропаганде и, путая провозглашавшиеся идеалы с практикой их исполнения, поверили в благость отказа от советского образа жизни. Негатив они черпали в собственных воспоминаниях, а объяснение ему спокойно принимали из средств массовой информации – система, мол, порочна. Умением самостоятельной оценки обладали немногие. Особенно часто такие люди встречались среди так называемой «творческой интеллигенции». Это особо огорчало Алексина, так как и по роду работы и по воспитанию он сам принадлежал к этой «профпрослойке».
Алексин, много лет отдавший журналистской работе и в газетах и в телевидении, умением анализа обладал. Потому его статьи и приобрели известность. Поэтому и откликнулся с готовностью на призыв Льва Гурыча Иванова.
Потому он с некоторой опаской ожидал знакомства с Сахно. По его соображениям, личность «дядьки» при молодёжной группе музыкантов могла бы оказать решающее влияние на успех или неудачу задуманного.
Сахно Павлу понравился. Спокойный, рассудительный он даже внешне отличался от сложившегося уже стереотипа «не попавших в богему». Это определение Павел, весьма условно, конечно, относил к людям, имевшим некую причастность к организации артистической деятельности, имевшим личные контакты с кем-то из добившихся известности, но не обладавшим собственным достаточным творческим потенциалом. Как правило, такие люди поклонялись «истинам», звучащим с телеэкрана. Молились на своих кумиров и… не особо интересовались другими сторонами жизни. Сахно оказался совсем иным. С интересом послушав рассказ Алексина, Игорь Данилович сказал, что в партии в оно время не состоял, но политсеминары посещал и многое понял. И понимает, ЧТО потеряло наше общество с гибелью Советского Союза.
- Я понял направленность вашей работы, Павел Алексеевич. Спасибо. Тёмка вообще-то меня просветил заранее, но мне было очень интересно послушать ваш рассказ. Если вы мне доверяете, я охотно…- он замялся, – не хочу высокопарных слов произносить…. Но вы поняли меня, Павел Алексеевич.
- Если так, то мы договорились. Вы сможете сейчас вместе со мной подъехать к генералу Беркутову? Он ждёт нас, и мы сможем втроём обсудить практические вопросы. В том числе и материальные. Больших денег наша организация не имеет, но вопрос о гастрольной поездке группы Ситникова решён.
Кстати, поторопите ребят с выбором названия группы. Достаточно скоро нужно будет афиши заказывать…. Сахно поднялся – готов ехать. Павел вял трубку телефона.
- Пётр Николаевич? Мы готовы навестить вас… Хорошо, это отлично, выезжаем….- и, повернувшись к Сахно, добавил – Лев Гурыч, как раз, у него….
Фрагмент 14
