– А потом я услышал наши старые сигналы и сначала подумал, что ты решил поразвлечься. Но выстрелы были настоящими. Боже милосердный, что все это значит?
Джерико не сводил пристального взгляда с рощи, но ему не удалось уловить никакого движения между деревьями. Было кое-что, о чем ему не хотелось рассказывать Уилсону. История с ночным визитом Лиз Бауман Уилсона не касается.
– Ты слышал, как кто-то кричал ночью?
Уилсон покачал головой:
– Ты же знаешь, что я сплю как бревно, стоит мне только пропустить рюмочку. Видно, вчера я перестарался. А кто кричал?
– Бауман сказал, что его жену мучили кошмары. Я вышел в холл, когда услышал крики, а он уже стоял там и улыбался. Потом я не смог заснуть, решил одеться и выйти, чтобы полюбоваться рассветом. Тут кто-то и начал в меня палить. А где ты взял ружье, Роберт?
– В витрине для оружия в библиотеке.
– Пойдем посмотрим, на месте ли остальные. – Джерико снова обернулся к роще. – Уверен, что стреляли из двадцать второго калибра, значит, теперь мы слишком далеко, чтобы он мог нас достать. Пошли.
Они направились через лужайку и вошли в дом. Оказавшись в безопасности, Джерико с облегчением вздохнул. Библиотека находилась в дальнем от вестибюля конце дома. Джерико бросил взгляд на лестницу. Прикрывая его, Боб Уилсон выстрелил из своего ружья раз двенадцать в непосредственной близости от дома, но, казалось, стрельба никого не побеспокоила. «Должно быть, стрельба здесь обычное дело», – решил он.
– Ты уверен, что этот тип стрелял именно в тебя, Джонни? Я имею в виду, может быть, он ранил тебя случайно?
– В последний раз я путал фантазии с реальностью в двухлетнем возрасте, – ответил Джерико.
Дверца шкафа для оружия была открыта. Не хватало только одного ружья – того, что взял Боб Уилсон.
В дверях библиотеки появился улыбающийся Алекс Бауман:
– Вы можете нарваться на неприятности, если будете стрелять уток в это время года, Уилсон.
– Вы даже не представляете, насколько вы правы, Бауман, – ответил Джерико, – потому что уткой на этот раз был я, и теперь мне хочется свернуть кому-нибудь шею.
В углу шкафа с оружием висел автомат. Это было современное оружие, такое же, какое применялось в ходе войны во Вьетнаме. Джерико снял его со стены и проверил, заряжен ли он.
– Я предпочел бы, чтобы вы его не брали, – сказал Бауман.
В одном конце шкафа лежали коробки с патронами. Джерико взял сколько надо и набил карманы своего вельветового пиджака. Не обращая внимания на Баумана, он вышел в холл. Уилсон и Бауман последовали за ним.
По лестнице спускался полусонный Бауман-младший.
– Что случилось? – спросил он. – Мне показалось, я слышал, как Нельсон стреляет белок в роще.
– Конечно! Так и было, – ответил Бауман-старший.
– Если этот ваш Нельсон способен принять меня за белку, то ему место в сумасшедшем доме, и я буду рад препроводить его туда лично. – Джерико покосился на мальчика. – Тебе лучше побыть дома, сынок. Снаружи может оказаться слишком жарко.
Он вышел на лужайку в сопровождении Боба Уилсона и Баумана. Солнце утратило утренний цвет, и теперь жарило вовсю. Джерико поднес руку ко рту и лизнул ее. Он чувствовал, что мальчик стоит у него за спиной на ступеньках террасы.
– Ваш приятель давно сбежал, когда увидел, какая против него выступила армия, – сказал Уилсон.
– Но следы-то остались, – возразил Джерико.
Солнечные лучи пробились сквозь листву и осветили цветы и мох. Птицы вели себя спокойно. Джерико без труда нашел березу и осмотрел пулевые отверстия в ее коре. Он показал, как именно стоял, когда в него начали стрелять, чтобы Бауман и Уилсон могли убедиться, что он ничего не выдумал.
Поскольку пули не обладают способностью поворачивать на лету, Джерико вычислил, откуда они были выпущены, и медленно двинулся туда, стараясь идти по прямой и время от времени укрываясь за деревьями. Пройдя ярдов тридцать, он остановился и опустился на колени. На примятой куртинке голубых цветочков лежали две стреляных гильзы. Он поднял их и подбросил на ладони.
– Он действительно хотел тебя убить, – сказал Боб Уилсон, – иначе бы он их здесь не оставил.
Джерико поднялся на ноги не сразу. Сощурив голубые глаза, он внимательно осмотрел землю и, по-прежнему стоя на коленях, обратился к Бобу:
– Ты прав, Боб. Теперь он уже далеко. Давай вернемся в дом, я умираю от голода.
– Я поговорю с Нельсоном, – вмешался Бауман. – Если он действительно ходил охотиться на белок, я с него шкуру спущу.
– Верю, что вы на это способны, – ответил Джерико.
На террасе возле столовой столпились, кажется, все обитатели дома, наблюдая, как из рощи возвращаются Джерико, Уилсон и Бауман. Очевидно, Томми Бауман рассказал о происшествии.
Таня быстрыми шагами вышла им навстречу. Остальные остались на террасе.
– Джон, вы не пострадали? – спросила она.
Ее рука осталась лежать на его рукаве. Он заметил, что ей хватило времени тщательно подкрасить глаза.
– Только зацепило. – Он показал ей руку.
– Какой безумец это сделал?
– Мы думаем, что это Нельсон решил поохотиться на белок, – сказал Бауман, подходя к ним.
