Дом, работа, длинные прогоны, мосты Сан-Франциско – всё это было лишь перебивками в каждодневной череде тренировок, и истинная её жизнь проходила в залах, немало которых ей довелось повидать за годы спортивной карьеры. Красно-белые стены юношеской школы в Афинах, большие и светлые лондонские залы с галереей флагов под потолком, маленькие ностальгические залы Западного побережья, которые так хорошо смотрятся на видео. Теперь ей тоже приходилось совмещать. Бокс у мистера Робертса, борцовские сессии в местной академии греплинга, работа над кардио и физической формой в зале для кроссфита, куда Тайлер достал дешёвый абонемент.
В каждом бойцовском зале можно было заметить признаки той странной религии, что свойственна подобным местам. Не в тех залах, конечно, что созданы лишь ради прибыли, заполненные самыми примитивными мотивационными слоганами, но в местах, где людей бьют по-настоящему, и кровь и пот – это не просто пустые слова. Местах, где ты заходишь куда дальше, чем обычно. Надписи на стенах, призванные направить на истинный путь, портреты бойцов на входе или у самого ринга, известных во всём мире или местных звёзд, обнажённых по пояс как древние герои, кубки и пояса на импровизированных алтарях, регалии забытых побед – вот её проявления. Всё это вместе складывается в некую идею, скорее ощущаемую, чем высказанную открыто.
На первый взгляд тут царила настоящая эклектика. В тех залах, что она посещала лично или просто видела на фотографиях, стены украшали слова и высказывания самого противоположного содержания. Фрагмент буддийской притчи в маленьком боксёрском зале на окраине Гвадалахары, лаконичная мудрость древних самураев в лондонском захолустье, строчки из песен рэперов с Западного побережья в бывшем складском ангаре Нового Орлеана. Однако за всем этим многообразием стояло нечто общее, желание прикоснуться к тому, что называется «путь воина», постичь его во всей полноте, в единстве внутреннего совершенствования и внешнего проявления. Прикоснуться к тому самому пути, что занимал и её мысли.
– Что такое путь воина в наше время? – спрашивала мама, наблюдая за её тренировками в пустом зале, когда все остальные уже ушли. – Что они имеют в виду, пытаясь связать воедино этот ринг, клетку, духовные упражнения буддийских монахов, кодекс бусидо, нашу звериную природу? Мы уже говорили с тобой об этом.
Хелен, желая развлечь себя в посмертном существовании, изучала религию бойцовских залов, будто какую-то древнюю культуру при жизни, реконструировала её по фрагментам, как восстанавливают ритуалы друидов по обрывкам римских и греческих текстов.
– Взять хотя бы эти портреты, что так часто можно увидеть у вас, – говорила мама. – Эти замечательные парни с рифлёными телами и яростным взглядом. Что они символизируют на самом деле? Как можно интерпретировать их с точки зрения культурологической?
В зале мистера Робертса имелось большое его изображение почти в полный рост, оно помещалось рядом с надписью «Faugh a Ballagh» и было посвящено тем дням, когда тренер ещё выступал на ринге, переживая моменты побед и поражений. На этом портрете он стоял обнажённым до пояса, прижимая к груди руки в зелёных перчатках, куда моложе и отчаяннее себя нынешнего.
– О чём свидетельствует, например, то, что тренер Робертс позволил этому красоваться здесь? – вновь спрашивала Хелен. – Это гордыня, так свойственная всем спортсменам, и тебе в том числе, или просто коммерческий трюк, желание использовать образ для продажи абонементов, или же стремление быть примером для других?
– Может, всё вместе? – ответила она.
– Это компромиссный ответ. Им я не могу удовлетвориться. Подумай о том, по какому принципу появляются эти парни на портретах.
– Не знаю. Тут нет никакой системы. Иногда это легендарные чемпионы, вроде Али, но часто и просто местные парни, что связаны с залом.
– Да, ты на верном пути, – кивнула Хелен. – Обычно на стену помещают того, кто является главной надеждой зала. Самого сильного воина, который должен принести сообществу славу и успех. Почти как древний племенной ритуал. Устрашение врагов, приобщение к чужой удаче. Это ещё раз доказывает архаические корни вашего занятия.
– Ну, в этом что-то есть.
– С другой стороны, прежние чемпионы, которые должны служить примером. Они – часть легенды, мифа о спорте, что объединяет всех внутри этого сообщества некими общими смыслами. Если смотреть в таком ракурсе, то можно сказать, что бойцы тут выступают не в роли простых смертных, но как бы героев. Детей богов или персонажей комиксов. Они – воплощение абсолютных качеств. Силы, храбрости, самоотречения ради высшей цели. Тут сплетается всё. И гордость за страну, когда они представляют флаг, и национальная сопричастность, и личный опыт, когда кто-то вдохновляется ими для изменения собственной жизни.
– Вечно ты выискиваешь в вещах скрытую подоплёку.
– Ну, бои гладиаторов выросли из человеческих жертвоприношений богам подземного мира. Не забывай.
– Знаю.
