Как выжить в другой стране и обрести себя? Дочь фанатичного отца, советского ученого-еврея, московская девочка Катя и понятия не имела, сколько непредсказуемых сюрпризов готовит ей жизнь. Шел путч 1991 года, горели танки, Кате было девятнадцать, когда она бросила все и совсем одна уехала в США. Она оказалась в чужой культуре, как будто на другой планете. Шаг за шагом, одна маленькая победа за другой – Катя училась гибкости, училась принимать непонятное, набирала силу. Это книга о смысле жизни, любви отца и дочери, любви мужчины и женщины, непонимании между людьми, разнице культур и неоднозначности иммиграции.Содержит нецензурную брань!
Прежде всего, я хочу поблагодарить Антона Треушникова, Анастасию Смурову и прекрасное издательство «Городец» за их невероятный профессионализм, а также
Мне не хватает слов, чтоб выразить свою глубочайшую любовь и признательность моей однокласснице и близкой подруге Екатерине Мироновой. Прослушав за кофе мое чтение первых трех глав, Екатерина попросила перерыв, чтобы переварить эмоции, а через полчаса взяла с меня слово, что я допишу эту книгу до конца. После этого я отправляла ей каждые следующие страницы, и она моментально их читала, всегда вдохновляя меня своей реакцией и жаждой продолжения. Получив одобрение Екатерины, я писала дальше и отправляла главу за главой моему другу Мартину Вишневскому, а он, в свою очередь, щедро делился своими мыслями и впечатлениями. И заодно показывал мне, как история воспринимается через призму мужской ментальности, которая всегда казалась мне мистической и недоступно-захватывающей. Замыкая круг доверенных лиц, главы читала моя прекрасная аспирантка Елена Болонина, открывая мне еще один угол видения – глазами другого поколения. Мои бесценные друзья – три первых и очень верных читателя – такие разные и неповторимые, живущие на разных концах света, каждый по-своему отдавали моему творчеству частички своей прекрасной души, часто рассказывая мне, как они смеялись и плакали вместе с моими героями. Когда они дочитали черновик, я знала, что моя мечта уже сбылась!
Далее, я хочу сказать огромное спасибо моей дорогой семье – без вас, родные, не было бы ничего! И точно не было бы меня! Низкий поклон моей маме Тамаре Артемьевне, чьи таланты, внутренняя сила и преданность истинно достойны восхищения! Я очень счастлива, что моим детям есть у кого учиться. Особенную благодарность я хочу выразить моему любимому мужу, доктору Дэнну Левинбуку. С нашей первой встречи много лет назад он безусловно поддерживает все мои идеи, проекты и даже авантюры, прощает мне множество слабостей, будто даже не замечая их и никогда не критикуя, – просто позволяет мне быть самой собой. Он благороден, великодушен и
А теперь… Я хочу поблагодарить Вселенную и вас, мой уважаемый читатель! Для меня большая честь, что вы держите в руках эту книгу – в ней живут моя душа и сердце!
Итак, давайте будем жить, любить, творить и СНЕГИРИТЬ!
Холодным ноябрьским утром 2018 года Франкфурт тонул в тумане. Из-за нелетной погоды аэропорт, главный пересадочный пункт Европы, был забит растерянными людьми, пропустившими свои самолеты, не понимавшими, что в этой ситуации делать и чего ожидать. Многие табло были отключены или показывали неправильную информацию, которая окончательно запутывала уставших путешественников.
Особенный ажиотаж наблюдался возле информационного окна авиакомпании «Люфтганза», где раздраженные люди пытались узнать, что им делать: многие рейсы были отменены или опаздывали. Эта очередь почти не двигалась, и возмущенные пассажиры бессмысленно шумели, требуя чего-то от двух представителей компании, которые еще больше раздражали пассажиров тем, что не демонстрировали ни особой любезности, ни расторопности.
Профессор права из США Катерина Левинсток (студенты обычно называли ее «Профессор Л.», так как почти всегда ошибались, произнося ее фамилию) делала дыхательные упражнения по методу «випассана», чтобы не взорваться. Ее самолет опоздал, и она пропустила пересадку, несмотря на очень быструю пробежку по огромному Франкфуртскому аэропорту. Она безумно устала и очень хотела домой, в США. «Вечно в этом несчастном Франкфурте что-то не так, – раздраженно думала она. – Терпеть не могу…» Табло показывало, что следующий рейс в США через полтора часа и его вроде не отменили, так что она искренне надеялась побыстрее пройти очередь и получить новый посадочный талон. Перед ней стоял высокий широкоплечий мужчина – из-за его спины не было видно, есть ли перед ним в очереди кто-то еще. Наконец мужчина подошел к представителю «Люфтганзы», и стало понятно, что он совсем не знает ни немецкого, ни английского языков. Профессор Л. сделала очередной глубокий вдох, понимая, что разговор затянется надолго…
– Where are you traveling to?[1] – спросила представитель.
– Май нейм Максим Алексеич, – ответил мужчина.
«Those Russians» [2], – ехидно отметила Профессор Л. И недовольно закатила глаза: мучение становилось бесконечным, и на ближайший самолет в США, похоже, было не успеть.
– What is your last name?[3] – спросила девушка из «Люфт-ганзы», и мужчина не понял даже этого.
