— Я думаю, ты права, Мин. Лучше просто остаться друзьями… и собутыльниками.
Подражая движениям Адама прошлой ночью, мне удается доползти до ванной, каким-то образом взобраться на унитаз и пописать. Моя голова пульсирует, но я не позволю себе ныть по этому поводу, потому что, на самом деле, я заслуживаю эту боль. Я, во всех своих действиях отдавала себе отчет в том, что пригласила его, чтобы приглушить боль в моем сердце. На самом деле я должна быть благодарна ему. Это отвлечение помогло, хоть и на короткий срок.
В разгар увещевания накатывает проливная волна тошноты, и я отрываю свою голую задницу от унитаза и падаю на пол как раз вовремя, чтобы меня вырвало, выплескивая блевотину в унитаз. Брызги попадают мне в лицо и попадают в волосы.
У меня нет выбора, кроме как запрыгнуть в душ. Вода приятно ощущается на моем лице и в моих спутанных, скомканных, пропитанных рвотой волосах. Моя головная боль почти прошла. С порцией кофеина и картофелем фри из Макдональдса я была бы почти как новая к пяти часам вечера.
Адам готовит кофе, ожидая меня, когда я, наконец, выхожу из его ванной. У меня не было выбора, кроме как облачиться в костюм Лорда Ситхов, в котором я щеголяла на свадьбе.
Он протягивает мне кружку.
— Лучше?
— Меня вырвало.
Адам приподнимает бровь и ухмыляется.
— Я слышал.
— Прости. Я все убрала.
— Спасибо, наверное, это первый и последний раз, когда этот туалет когда-либо чистили.
Мой желудок сводит от этой мысли.
— Не говори мне этого, скорее всего, меня снова вырвет. — Я выпиваю чашку кофе, а затем еще одну, прежде чем объявить, что мне пора уходить.
Адам кладет руку мне на плечо.
— Минни, я серьезно. Мне бы не помешала помощь в истории со свадьбой. — Как бы мне ни было неприятно думать об этом еще хоть секунду, я обещала. Я знаю, что могу получить некоторые детали от Клипа и Сида, которые мы можем использовать для написания статьи.
— Позволь поговорить с моими братьями, и я напишу тебе вечером. Мне действительно пора домой. — Моя головная боль всерьез подумывает о возвращении. Я просто хочу быть несчастной и убитой в одиночестве в своей собственной постели.
— Давай я провожу тебя до поезда, — говорит Адам. Я уступаю.
***
