Рассеявшийся мрак явил взорам все того же Тимона. Только облаченного в украшенный рунами полный доспех и со здоровым посохом в руках. Вот только гоблин был уже ненастоящим. Под полумаской шлема, скрывающей процентов семьдесят лица, находилась голова тщательно сделанной куклы. А сидящий в свернутом пространстве зеленый коротышка управлял ее движениями и встроенным вооружением при помощи телекинеза. Свернутое пространство ослабляло его возможности раза в три, но взамен наделяло почти полной неуязвимостью. В боевых условиях обнаружить кармашек в ткани реальности было бы по силам только натуральному богу. А вот архимагу, пусть даже самому искусному, пришлось бы сначала узнать, а что же именно он должен искать. Все остальные могли лишь пытаться уничтожить боевую куклу, стремясь испортить спрятанную в конструкции рунную вязь. И если им это удастся, гоблин вывалится в реальный мир во вспышках света, клубах дыма, языках пламени и прочих маскирующих эффектах. А после снова спрячется, поскольку вместе с ним находится еще одна кукла. Запасная. Тимон хотел бы увеличить количество подобных игрушек до бесконечности, но даже ему банально не хватало сил на питание артефактов, поддерживающих максимально стабильный пространственный карман. Хотя, если бы он выгрузил оттуда боеприпасы, комплект выживания и некоторое количество золота, то без труда смог бы затолкать в персональное хранилище даже танк. Однако, по мнению притворяющегося гоблином существа, пара сотен килограммов динамита, картечь, зажигательная смесь, гранаты и наличный капитал были ему нужнее.
Занятая своими мыслями эльфийка не заметила момента, когда кукла исчезла из рубки боевого дирижабля. А вместо разбитого окна появилась самая настоящая дырка, в которую теперь ощутимо задувало. Судя по повреждениям, сделали ее не снаружи, а изнутри.
— Хорошо летят. Щас в лепешку расшибутся! — кивнул на горгулий Холхюк, с довольным видом отхлебнув еще самогона.
Поднявшиеся выше боевого дирижабля в почти не охватываемую его орудиями верхнюю полусферу монстры падали, словно капли дождя. Ну, может, и не так часто, но зато регулярно. По сравнению с любой другой нежитью, да и достаточно крупными живыми существами, данные твари были откровенно тщедушны. Некромантам было сложно заставить порхать мертвые тела, а потому их основная авиация, по примеру птиц, имела пустотелые кости. Если бы не скорость движений и быстродействующая разновидность трупного яда, всегда присутствующая у них на когтях и остриях дротиков, разделаться с подобной угрозой один на один смог бы и решительно настроенный крестьянин.
— А ведь у сектантов таких созданий мало, — сказал Холхюк. — И скоро станет еще меньше.
— А делать их тяжело, — добавила эльфийка.
Она высунулась из дыры в стене рубки. В следующее мгновение дирижабль содрогнулся, выплевывая ядро в приближающегося костяного дракона. Златокудрой пришлось схватиться за разлохмаченную обшивку, чтобы не упасть. Правда, в качестве моральной компенсации она рефлекторно выпустила по пролетавшей мимо горгулье огненную стрелу. И даже попала. Заклятие снесло нежити треть левого крыла, и та стремительно понеслась к земле. Из этого воздушного сражения монстр выбыл, но если никто его не добьет, то, скорее всего, он отожрется и регенерирует. Удар о землю, после которого ни один авиатор не смог бы уцелеть, станет лишь причиной временных неудобств.
— Есть! — воскликнула Фиэль. — Я пару раз видела изготовление нежити в полевых условиях. И куда больше раз допрашивала тех, кто этим занимался. Так вот, по сложности создания эти уродливые штуки уступают лишь мясным танкам, у которых два-три мозга сшивают в один, чтобы они могли всеми конечностями командовать. Ну, и костяным драконам, само собой. Но тут уж просто в масштабах и требуемой энергии проблема. Их если с чем сравнивать по затратам, так сразу с кораблями.
Клубок неживых тел, облепивших созданную телекинезом сферу, ненадолго вошел в поле видимости наблюдателей. Тимон и его механическая марионетка деловито истребляли наседавших на них монстров. Горгулий разрывало силой мысли, испепеляло расходящимися от посоха разрядами молний, дырявило пулями из небольшого пистолета, возникшего в руке куклы. Ответные удары наносились зачарованным оружием, которое имелось почти у каждой нежити в одном или двух экземплярах. Те, кто командовал тварями, намеревались если и не прикончить противостоящего им порхающего, аки пташка, чародея, то основательно его измотать и вывести из боя. Будь их целью кто-нибудь другой, они обязательно достигли бы успеха. Одновременно левитировать, пользоваться боевой магией и поддерживать защиту… Тот, кто продержится в подобном темпе дольше пяти минут, может пинком распахнуть дверь в любую школу волшебства. И остаться там навсегда. Директором. А в академии магии ему обязательно дадут собственную кафедру, лишь бы мог научить начинающих адептов хотя бы десятой части своих умений.
