Опустив голову, Я медленно шаг за шагом шел, приготавливая себя к тому, что меня сейчас начнут отчитывать. Чем ближе подходил к владельцу участка, тем больше и страшнее он казался мне. Ростом наверно метра два с половиной, в плечах широкий как шкаф, а кулаки размером с мою голову.
Он стоял на своем крыльце, сложив руки на груди. Лицо было очень серьезным, но молодым, на взгляд ему примерно лет тридцать. На нем была поношенная белая рубаха с закатанными рукавами и заштопанными локтями, серые брюки и кирзачи.
«Напарник твой рубаха парень» его суровое лицо исказила улыбка, он засунул руки в карманы.
«Ну да…» с облегчением после улыбки ответил ему «он в любой непонятной ситуации предпочитает делать ноги…» мы оба засмеялись.
«И часто вы ко мне лазаете за яблоками?!» суровым голосом спросил он.
«Нет…» опустил голову от стыда.
«Что еще воруете?!»
«Ничего! Честно! Мы только по паре яблок съели, даже с собой не взяли… Смотрите…» начал выворачивать карманы.
«Ну ладно, смотри у меня!»
Моментально ветер прекратился, и через пару секунд начался ливень. Огромные холодные капли воды падали с неба стеной. Он схватил меня за шкирку и затащил под козырек крыльца.
Я поднял голову чтоб посмотреть на него, так как он был высоченный, подбородок пришлось задирать очень высоко. Он посмотрел в мои большие, карие глаза, сделал глубокий вдох и сказал:
«Пошли, чаем тебя напою…»
«Может?..» тоненьким испуганным голосом начал Я.
«Не может» перебил он меня «куда ты в такой ливень пойдешь? Заходи давай. Мне тут бабка пирожков принесла, наверно теплые еще…»
Я уселся на стул, весьма стесненный происходящим. Комната была очень большой, тучи нагнали мраку, почти полностью загородив дневной свет. Хозяин принес и зажег керосинку. Оглядевшись, Я увидел большую кровать в углу, идеально, как струнку застеленную, большую печь, на которой уже закипал чайник, стол с парой тарелок, да и, собственно, все, если только еще упомянуть закрытую дверь в конце комнаты.
«Угощайся» сказал он мне, поставив тазик пирожков.
«Спасибо» робко сказал в ответ и схватил по штуке в каждую руку.
«Тебя как зовут?»
Прожевав пирожок с яйцом и луком, Я назвал ему свое имя.
«А меня Игорь. Давай договоримся так, Я вам не запрещаю лазать за яблоками, но при нескольких условиях» жуя пирожки и запивая чаем, Я его внимательно слушал. «Первое – вы ни ломаете ветки и ни каким другим образом не портите дерево. Второе – ничего с собой не уносите, пришли, сколько смогли съели и ушли. И третье – больше не надо лазать через забор, заходите через ворота, Я почти всегда тут, и мне будет приятно пообщаться с молодежью».
«Хорошо» ответил ему с набитым ртом, он улыбнулся, улыбнулся и Я в ответ.
«Ну а теперь жуй» сказал он, уходя «пока не даешь весь тазик, не уйдешь».
Мое приятное воспоминание прервала остановившаяся со скрипом телега. Старик подошел, разгреб с меня сено, и опять поднес указательный палец к губам.
Он не стал тратить силы чтоб поднять меня, на мое удивление он просто столкнул меня с телеги. Только и успел что открыть рот от удивления, как уже приземлился на сено. Повозка вместе со стариком исчезла через мгновение.
Он оставил меня в огромном амбаре, там было как минимум четыре загона для скота, но все они были пустые. В темноте мало что можно было разглядеть. Через дыру в потолке пробивался лунный свет, пытаясь хоть как-то осветить амбар. Напротив меня, на стене весели подковы, упряжки, веревки, и инструменты. За моей спиной был огромный стог сена.
Я не понимал ни где Я, ни зачем он привез меня сюда. Прошло пару минут, и старик возвратился. У него в руках была краюха хлеба и горшок с водой. Он отломил кусок, и поднес к своему рту, держа небольшой кусочек перед губами тремя пальцами, большим, указательным и средним. Открыл рот, и начал смыкать губы, потом поднес руку к своему боку, и тыкал в него пальцем, посмотрел на меня и кивнул головой снизу-вверх, мол – понял?
Я смекнул, что он показывал, но мягко говоря, был удивлен. Старик не был компанейским, и сразу ушел, оставив меня одного.
Задрав рубашку, Я посмотрел на свой бок, он был синий, возможно, синеву предала луна, но другого света не было. Взяв горшок с водой, Я смыл кровь и промыл рану, потом принялся следовать совету старика, взял мякиш в рот и стал разжёвывать, жевал до тех пор, пока он не превратился в кашу, сплюнул на руку и начал лепить маленькие шарики. Сделав шарики, или что-то похожее на них, мне предстояло самое сложное, засунуть их в раны от зубов.
Перевалившись на правую сторону начал заниматься самолечением, боль мягко говоря была жуткой, казалось, что меня опять кусает собака, но уже истерзанную и обессиленную плоть.
Я чувствовал, как медленно теряю сознание, и чтоб не допустить этого, делал себе больнее, намеренно засаживал комки хлеба глубже в рану. Так продолжалось с первой раной от укуса, со второй, с третьей, но как только закончил четвертую, сознание вновь покинуло меня.
