– Деточка, что случилось? Ты вся зеленая! – Спрашивает Халида, протирая мне лицо влажным полотенцем.Я поднимаю на нее взгляд, еле сдерживая слезы. Кажется, мой самый большой кошмар сбылся.– Я беременна… – шепчу я.– Ох, так это такая радость! Представляешь, как обрадуется хозяин? У Карима нет наследников, твой ребенок будет первым!Я хватаю за руку служанку и шепчу:– Нет, Халида! Ты не расскажешь! Ни ему, ни кому бы то ни было другому, поняла?Женщина кивает, а я наклоняюсь ближе.– Ты поможешь мне сбежать! Ради памяти о своей дочери, ради всего святого! – молюсь я, и Халида кивает.– Я помогу, но если Карим узнает, мы обе погибнем, ты же знаешь!– Знаю, но другого выхода нет! Я должна вернуться домой, чего бы мне это не стоило.Я никогда не отдам своего ребенка ему! Шейху, думающему, что весь мир у его ног. Он отнял у меня невинность и свободу в ту ночь, но я отниму у него гораздо больше – его дочь!
– Приведите ее сюда! – рычу я, бросая беглый взгляд на Хафифу.
Женщина стоит у порога, низко опустив голову и даже не смеет поднять на меня взгляд.
– Сейчас, мой господин, я все сделаю!
Она разворачивается, чтобы уйти, но я останавливаю ее.
– Скажи еще раз, что она сделала?
Хафифа молчит, еще сильнее опустив голову, а потом тихо отвечает.
– Ваша… иностранка, не захотела надевать наши одежды и платок, а когда я хотела ее помыть – укусила меня за руку.
Чувствую, как злость с новой силой закипает во мне.
– Дальше!
– Я привела ее в общую комнату и она оскорбила Назифу! – добавляет женщина, а я переспрашиваю.
– Как она могла оскорбить ее, если Назифа не знает русского языка?
– О, она показала характерный знак из пальцев, который…
– Достаточно! – рычу я. – Веди ее сюда!
Хафифа кивает и угодит, а я резко оборачиваюсь к окну.
Что она себе позволяет? В моем доме я не допущу непослушания! Эта строптивая иностранка должна понимать куда попала и скольким обязана мне! Я выкупил ее! Если бы я оставил ее там, где она была, то ее бы брали по несколько человек в день. Здесь же от нее требуется всего лишь быть покорной и делить постель с одним мужчиной.
Дверь открывается и я слышу за спиной робкие шаги. Оборачиваюсь и вижу ее – русскую девушку и светлыми, как снег волосами и будто прозрачной кожей.
Она выглядит такой нежной и хрупкой, что моя злость мигом куда-то уходит. Девушка стоит прямо и, не стесняясь, смотрит прямо в глаза.
Вызов в ее синем как небо взгляде читается даже отсюда.
Тяну носом воздух, чувствуя, как закипает в жилах кровь.
Как она смеет так себя вести?
Я знаю русских женщин. У меня мать оттуда, но она повиновалась отцу и чтила наши традиции. Эта же девушка ведет себя словно королева. Хотя на деле, она здесь не имеет никаких прав. Она – моя собственность. И я ей это докажу.
– Подойди сюда, Снежана! – говорю я на ломаном русском. Еще одна уступка с моей стороны.
Девушка хмурится, но не делает ни шагу навстречу мне.
Тогда я сам пересекаю комнату и оказываюсь в нескольких сантиметрах от нее.
– Ты же поняла мою речь!
– Да! – кивает Снежана.
– Тогда почему ослушалась?
– Я не буду выполнять твои указы! Ты украл меня! – рычит она словно дикая кошка.
Я кладу руку на тонкую шею и несильно сжимаю нежную как снег кожу.
– Я спас тебя! – рычу я ей в лицо. – И теперь ты моя. Вся. Ты будешь делать только то, что я тебе скажу, поняла?!
Девушка замирает, испуганно глядя в мои глаза, но молчит. Это меня злит. Я сжимаю сильнее ее шею и спрашиваю.
– Ты меня поняла?! Отвечай!
– Я не ваша наложница! Не подстилка вроде Назифы или других! Я свободный человек! У меня есть права! А вы меня украли! – выплевывает Снежана. – В моей стране тебя бы посадили в тюрьму! Всех вас!
– Но как ты уже успела заметить, ты не в своей стране! И не попадешь туда больше! Так что привыкай… – Усмехаюсь я, наблюдая как бледнеет и без того светлая кожа девушки.
Черт, какая же она тонкая, нежная… Никогда подобных не встречал.
Отпускаю ее шею и веду носом от ключицы до уха, вдыхая еле ощутимый цветочный аромат.
Она даже пахнет не так как наши девушки. Ее запах такой же нежный и невесомый как она сама. Я же привык к тягучим, слишком сладким и приторным ароматам.
Смею предположить, что это ее собственный аромат.
Чувствую, как все напрягается в штанах и шепчу застывшей Снежане прямо на ухо:
– Хватит бегать от меня. Сегодня ночью ты будешь моей!
Девушка мотает головой, отпрянув назад и шепчет пересохшими губами.
– Нет! Я не сдамся! Лучше убейте сразу!
Я усмехаюсь, понимая, что меня заводит эта непокорность снежинки. Она еще не знает, но у нее нет выбора. Она уже моя!
– Снежана, сюда! – зовет меня Карина, занимая место в самолете.
Мы познакомились час назад в зале ожидания. Эльвира, которая нашла мне работу в одной южной стране, привела еще троих девочек и сказала, что мы все летим одним рейсом.
– Ты кем едешь работать? – спрашивает она, разглядывая брошюру с рекламой чемоданов.
Я расстегиваю верхнюю кофту, понимая, что в самолете достаточно жарко и поворачиваюсь к Карине.
– Эльвира обещала работу горничной в одной богатой семье, а ты?
Карина хмыкает и пожимает плечами:
– Да, мне тоже! Вот только я не планирую долго засиживаться в прислуге!
– А что же ты будешь делать? – удивляюсь я.
– Отдыхать! Я еду получать от этой жизни все! – задрав подбородок, вещает девушка.
– Разве тебе не нужны деньги? Я думала так мы все так далеко едем только для того, чтобы решить финансовые трудности.
Среди нас всех, кого привела Эльвира, все девушки как на подбор, красивые, аккуратные, но все, кроме Карины, одеты просто. Сразу видно, что богатством не располагают. От того и рвутся подзаработать.
Я бы не поехала никуда из дома, но болезнь мамы вынудила бросить учебу в лингвистическом университете и податься за тридевять земель, чтобы накопить на операцию.
Но глядя на Карину, нельзя было сказать, что она нуждается в деньгах. Так что она забыла в далеком городе посреди пустыни?
