Мы с Оксаной синхронно повернули головы, заметив, что в комнату вошла темноволосая женщина лет тридцати пяти. Видя, что Оксана гнать ее не стала, я с интересом рассматривала незнакомку, которая сейчас топталась у входа, не зная, с чего начать разговор. Высокая, чуть худощавая, хотя нет — стройная, брюнетка с красивыми серыми глазами и приятными чертами лица. На ней был светло-серый брючный костюм под белой медицинской накидкой.
— Добрый день, — поздоровалась она, явно чувствуя не в своей тарелке. Я только кивнула в ответ, пытаясь понять, кто она и зачем пришла в мою палату? Хотя… было у меня одно подозрение… Злилась я тогда, конечно, но потом, когда у меня было время подумать, я поняла, что… совершила глупость.
— Вы, кажется, тоже медсестра? — обратилась к ней Оксана, тем самым разрядив повисшее в воздухе напряженное молчание. — Присмотрите за ней, а то меня еще несколько пациентов ждут.
— Конечно, — кивнула женщина, чуть смущенно улыбнувшись, а мне показалось, что она слегка напряглась, будто боялась оставаться со мной наедине. Когда Оксана вышла за дверь, женщина повернулась ко мне и снова улыбнулась.
— Можно я присяду? — спросила она, указав на стул возле кровати. Я кивнула, а она села и слегка поморщилась, видимо от боли.
— С вами все хорошо? — тихо спросила я, понимая, что не смогу все время отмалчиваться, и мне придется налаживать контакт. Она затравлено посмотрела на меня, а потом натянуто улыбнулась.
— Да, спасибо, — ответила она, но тревога не ушла из ее глаз. — Извини, что ворвалась вот так… без предупреждения, Даша, но я…
Она обернулась к двери, словно ожидая, что сейчас кто-нибудь войдет и помешает ей. То, что женщина пришла поговорить без лишних свидетелей, я уже поняла.
— Я хотела поговорить с тобой… пока твой папа там разбирается с врачами и всеми, кто приехал к тебе, — нерешительно проговорила она, — просто мне необходимо сразу узнать… если ты будешь против, то… — она замялась, а я ей ободряюще улыбнулась. Просто я поняла, что ей действительно важен мой ответ.
Кстати, что там говорила богиня по поводу того, что со мной многие захотят поговорить? Похоже, в ближайшие несколько дней мне будет «весело».
— Как вас зовут? — спросила я, чтобы хоть как-нибудь поддержать ее разговор. Просто я тоже слегка растерялась от ее слов.
— А? Ой, прости…те, — она вдруг покраснела, а потом протянула руку, — я — Света…
— Даша, очень приятно, — сжала я ее ладошку в ответ, но отпускать не спешила.
Просто… просто хотела понять то, что произошло… вернее, НЕ произошло, во время знакомства с Оксаной. Я их не «видела». Совсем! Никак! Ни темноты, ни боли, ни «серого экрана», как в случае с Игорьком. Ни-че-го!
Фригг оказалась права. Я свободна! Свободна от проклятия, который она называла Даром. Я могла теперь спокойно прикасаться к людям, не чувствуя боли, не видеть их смерть. Я здорова!
Я широко улыбнулась, чем вызвала явное недоумение у Светы. Видимо, она решила, что я сошла с ума. Она покосилась на руку, которую я до сих пор удерживала, и мне ничего не оставалось, как отпустить ее.
— Спасибо, Света, — я снова улыбнулась, кажется, снова удивив ее, а потом поерзала, чтобы устроиться поудобнее. Что ж, пора знакомиться с будущей мачехой. — Расскажите, как вы познакомились с папой?
Мой вопрос застал ее врасплох, она покраснела, потом побледнела, а ее взгляд заметался в панике.
— Вы… ты… знаешь… то есть, знаете? — потерянно прошептала она, закрывая лицо руками.
— Давай, все-таки, на «ты», — предложила я и, потянувшись, ухватила за руку, отводя ту от лица. — Надеюсь, у вас все серьезно? Хотя, зная моего папу… он никогда не привез бы тебя сюда, будь ты для него простым увлечением. Замуж уже позвал? — строгим голосом спросила я.
Света смотрела на меня удивленно, распахнув глаза, будто не верила, что я так спокойно отнеслась к ее признанию. Ну, когда-то мне нужно взрослеть. Я не собиралась устраивать истерики только потому, что папа — взрослый, здоровый мужчина, у которого свои потребности, а еще не может же он без конца быть со мной рядом. У меня теперь есть для этого Глеб. Наверное.
А Света еще просто не знает, что ждет ее саму. А ждет ее огромный дом, большая ферма с кучей работников, и мужчина, которым ей еще нужно научиться управлять. Ничего, основные принципы я ей поведаю, — хмыкнула я про себя.
— Позвал, — робко ответила она, все еще недоумевая, почему я вдруг развеселилась. — А вы… ты разве не против?
— Да с чего бы?! — настал мой черед удивляться. — Вам обоим не по семнадцать лет, чтобы спрашивать чье-то мнение! Тем более, мое, как дочери….
— Но… я думала, — она совсем стушевалась, явно не понимая, что теперь сказать. Думаю, готовила совершенно иную речь, чтобы «убедить» меня, что они с папой имеют право быть вместе. Я лишь мысленно фыркнула — как дети, честное слово. Света даже подскочила с места, чтобы спрятать свое смущение, и принялась поправлять мне систему.
