Пора. Осыпается лето.У красных вагонов трамваяСвои прицепные секреты,Колес перестуки. ГлазаОткроются. Я без билетаВ прозрачную осень вплываю,Горят ослепительным светомСосновые сказки – леса.И золотом, золотом – заломВ огнях, зеркалах, музыкантах —Слепит близоруким пожаромСоснового строя стена.И солнце малиновым шаромРаскатится – девочки в бантахБегут по садам и бульварам,А осень – чужая вина.Я счастлив. Осеннего блескаВолна перепутала звуки.Лежат протяженно и резкоТеней разлитые стволы.А там, на губах перелеска —Одно только слово: разлука,Разлука – сияющим всплеском,Уколом зеленой иглы.<p>«Бережно храни…»</p>Бережно храниЛист китайской розы,Шелковые дни,Ситцевые грезы.Память, как трамвай.Не бери билета.Увезет на крайНынешнего лета.Каменный тупикПреградит дорогу.Надо напрямик,—Обойди немного.Там на самом днеКуст китайской розыВ предрассветном снеПляшет на стене.<p>Каменный остров</p>На кленовых расписных листахНапишу два слова: «Слава, осень!»Ветер слезы дождевые носитИ развешивает на кустах.Не сумела удержать разливОстрова гранитная преграда.Смертный час не города, но градаТребует расплаты за разрыв.Стылая высокая водаТак прозрачна, так неуловима,Словно там без голоса и гримаЛицедейство холода и льда.День сгорел без пламени, тайкомДотлевают срезанные сучья.Истончилось кружево паучьеИ свернулось в сероватый ком.Забрести так грустно одномуНа венецианские аллеи,Где петровских парков брадобреиНожницами щелкают в дыму.<p>Журавлиный плач</p>Еле дышащий пар от полей,Словно иней на привязи танца,И лицо, потемнев от румянца,Провожает стрелу журавлей.Третий слева – твой истинный брат,Окольцованный беглой жестянкой,Обрученный навек с испанкойНа испанский летит закат.Ты склоняешь: разлука, разлук,За разлукой не слышно тревоги,За излукой не видно дороги,Но натянут конвой, как лук.Третий слева – и сердце в крови.Но не вынуть звено из цепи.Перед ними горы и степи,А любовь на земле лови,Что податлива и черна,Дышит инеем или паромИ скрывает лицо покрывалом,Как покинутая жена.<p>«Сентябрь наколесил ветров…»</p>
