— Я знаю, — пробормотал пухлый мужчина. — Поэтому мы с Вивиан и сбежали. Мы никогда не смогли бы доказать мою невиновность. Мы знали, что нам придется искать тебя, пока не найдем, не получим признание и не вернем деньги...
— Вы нашли меня! — торжествующе воскликнул Полл. — И что это вам дало?
— Если бы вы не подкрались к нашему лагерю, когда мы были измотаны...
Полл громко рассмеялся. — Заткнись! У меня появился шанс покончить с этим раз и навсегда! И я это сделаю! Вам двоим суждено сдохнуть! И тому проклятому красному мундиру тоже, когда мы его поймаем!
Наступила тишина.
Капрал Гейтс обдумал то, что только что услышал. Это довольно полно объясняло ситуацию. Если пухлый мужчина был беглецом от закона, то можно было легко сделать так, чтобы выглядело, будто Гейтс пытался его арестовать, и в результате перестрелки все были убиты. Таков был дьявольский план Полла.
Девушка все еще рыдала.
Гейтс прислушивался к тихим, неровным звукам.
Вдруг его челюсть отвисла, а затем мрачно сжалась. В рыданиях девушки был заложен определенный смысл! Некоторые звуки были короткими. Другие — длинными. Они были четко разнесены по времени.
Она рыдала по радиокоду!
Откуда она знала, что он радист? Конечно же, по значку профсоюза на его форменной куртке!
Гейтс перевел.
— Б-ен-зин-о-в-а-я ка-н-и-ст-ра! — продиктовала девочка сквозь рыдания.
Через мгновение те же два слова прозвучали снова. Она повторяла их снова и снова!
Гейтс на мгновение озадачился. Он огляделся. Затем он понял. На чердаке, где он лежал, было сложено несколько ящиков.
Среди них была пятигаллонная жестяная канистра с бензином! Очевидно, она использовалась для лагерного фонаря.
— Да заткнись ты, наконец! — сердито крикнул Пол.
Девочка замолчала, но почти сразу же начала снова — те же самые два слова, образованные ее длинными и короткими рыданиями.
Осторожно Гейтс поднялся на локте. Он нашел щель и заглянул в нее.
Он сразу понял, к чему клонила девушка. Полл, Луп и трое других промокли в глубоком ручье, ища его. Они стояли вокруг большого камина, давая оттаять своей замерзшей одежде. Камин находился прямо напротив люка чердака.
Капрал Гейтс осмотрел канистру с бензином и понял, что не сможет достать бензин из канистры достаточно быстро через завинчивающийся крышку. Ему придется разорвать ее. А это означало шум.
Он посмотрел на свои костлявые суставы и решил, что удар кулаком может помочь. Взглянув вниз, он увидел, что пятеро злодеев стояли еще более плотной группой вокруг прыгающего пламени в камине, сушились.
Гейтс приготовился. Он ударил кулаком по крышке канистры с бензином. Его металлически твердые костяшки разбили жесть, открыв отверстие, через которое мог бы пролезть кролик.
— Что за..., — начал Полл внизу.
С бешеной скоростью Гейтс перевернул канистру с бензином. Он вылил бензин через люк.
Первый поток бензина обрушился на всех пятерых мужчин. Второй поток попал прямо в весело пылающий камин.
То, что последовало за этим, было очень удовлетворительным — для Гейтса. Пламя вырвалось из камина. Оно даже поднялось до люка на чердаке, так что ему пришлось поспешно бросить канистру и остатки бензина, которые в ней были.
Пронзительные крики раздались, когда огонь охватил Полла, Лупа и трех полукровок.
Они в панике выбежали на улицу, чтобы кататься по снегу. Оружие, пленники — все было забыто в связи с непосредственной опасностью.
Гейтс закрыл глаза и выпал из чердака. Он лишился бровей и практически всей шерсти на своей меховой парке. Его ботинки, то, что от них осталось, загорелись. Но он сорвал их, обжигая пальцы.
На полу лежала винтовка, которую кто-то уронил. Он поднял ее.
Вивиан Бреннер и ее пухлый отец лежали в углу. Их снова связали. Путы были сделаны из полосок кожи карибу. Гейтс разорвал их. Сначала они сопротивлялись его обожженным пальцам.
Хижина наполнялась пламенем и дымом. Место было обречено. Смолистые бревна горели почти так же быстро, как бензин, который и стал причиной пожара.
Снаружи Полл и его люди ревели, ругались и кричали.
Гейтс освободил девушку. Он толкнул ее к двери.
Она начала: — Мой отец...
— Я приведу его! Гейтс вытащил пухлого мужчину с добродушным лицом из горящей хижины.
— Закончите развязывать его! — прошептал он девушке.
Полл, Луп и один из полукровок успешно потушили охватившие их пламя. Двое других полукровок все еще горели, но алые языки огня должны были погаснуть в любой момент.
Тот факт, что их одежда уже была мокрой от воды, спас их от серьезных ожогов.
Полл встал. Почерневший, обожженный, он выглядел как грязный комбинезон, который прачка вытащила из кипящей кадки. Пар валил от каждой части его изношенной одежды.
Он вытащил револьвер.
Гейтс поднял винтовку и выстрелил.
Полл взвизгнул. Его револьвер отлетел, деформированный пулей из копроникелевого патрона. Он схватился другой рукой за изуродованную руку. Боль была настолько сильной, что он упал на
снег, корчился и извивался. Луп теперь пытался вытащить оружие и выстрелить.
Подбежав к смуглому, покрытому оспинами парню, Гейтс замахнулся ногой, которая была похожа на большой камень на веревке. Луп насильно уснул.