Что делать, если перед тобой трудный выбор? Поступить правильно, так, как будет лучше для всех, или попытаться побороться за собственное счастье? Да и понять Р±С‹ для начала, в чем оно, это счастье. Точнее, в ком. Р' том ли, с кем тебе легко, кто, кажется, понимает тебя с полуслова и с полувзгляда? Р
Что делать, если перед тобой трудный выбор? Поступить правильно, так, как будет лучше для всех, или попытаться побороться за собственное счастье? Да и понять бы для начала, в чем оно, это счастье. Точнее, в ком. В том ли, с кем тебе легко, кто, кажется, понимает тебя с полуслова и с полувзгляда? Или все-таки стоит попробовать растопить лед другого сердца?
Факелы в замке вечерами не зажигали уже давно, но мне это не мешало. Прожив здесь всю жизнь, я успела изучить каждый поворот, даже каждую щель между плитами пола, так что не боялась заблудиться или споткнуться. На цыпочках пробежав по короткому переходу, чуть приоткрыла тяжелую дубовую дверь библиотеки и скользнула в большую тёмную комнату. Лунный свет лежал на полу двумя тонкими лучами, проникшими через не до конца задвинутые шторы. Может, и стоило раздвинуть их побольше, но я не стала тратить на это время. Без того знала, что тут, где и как.
Три старых фолианта на четвёртой снизу полке были фальшивыми. Мало кто об этом знал. Отец думал, что и я не знаю, но я всегда любила читать, так что уж библиотеку изучила досконально. И само собой, в процессе наткнулась на здешний маленький секрет. Если нажать на корешки, то тяжелое зеркало, висящее на стене между шкафами, чуть отъедет в сторону, открывая специальную медную трубку, вделанную в стену. Через которую запросто можно подслушать, о чем говорят в кабинете хозяина замка.
— Большего я сделать не могу.
Замерев возле трубки в ужасно неудобной позе, я обратилась в слух, напрочь позабыв, что хотела подтащить себе стул, чтобы не пришлось сгибаться в три погибели. Стало попросту не до того. Не каждый день короли лично наведываются в замки бедных провинциальных баронов, да еще и говорят с ними таким вот извиняющимся тоном.
— Понимаю, — вздохнул отец.
Звякнуло стекло, потом еще раз. Видимо, кто-то наполнил бокалы. Некоторое время провисела пауза. У меня начала ныть поясница, но отойти за стулом я так и не рискнула, боясь пропустить хоть одно слово беседы.
— От неурожая пострадал весь север, да и на западе не всё ладно. А юг и восток… боюсь, что если еще больше увеличить налоги, народ там взбунтуется.
— Не сомневаюсь.
В голосе отца прозвучали горечь и легкое раздражение. Не отрывая уха от трубки, я вытащила из ближайшего шкафа несколько книг, сложила их на полу стопкой и встала на неё коленями. Так было немного удобнее, хотя любое неосторожное движение грозило падением.
— Лардэны предлагают помощь.
А вот голос короля звучал устало и обреченно. И неудивительно. Наших северных соседей не любил никто. Они жили в горах, среди снегов и льда — снежные демоны с прозрачно-белой кожей, холодные, надменные и жестокие. Предпочитали не иметь с людьми никаких дел кроме торговли через два приграничных города. С чего бы вдруг им предлагать нам помощь, да еще по собственной инициативе? Могу поспорить на что угодно — просить о подобном их никто никогда бы не стал.
— И чего они хотят взамен?
— Девушек. Молодых, красивых и знатных. Приглашают к себе на смотрины или что-то вроде того. Семья каждой получит по пять тысяч золотом в любом случае, а если девушку кто-то выберет в жёны, еще столько же.
— И? — процедил отец, и от гнева, прозвучавшего в этом коротком вопросе, у меня мороз продрал по коже. Не хватало нам сейчас еще ссоры с королем…
— И твоя дочь Айлирен…
— Нет! Только не Айли! Её не отдам!
— Райдес, — спокойно и по-прежнему устало заговорил король, — я ценю твою верность, твое благородство, а больше всего — твою дружбу. Но сейчас… сейчас все очень сложно, понимаешь? Видору, да и всей стране грозит голод, а этого золота тебе хватит, чтобы его предотвратить. Казна пуста, Райдес. Сам я ничем не могу тебе помочь. И потом, твоя дочь не обязательно останется там.
— Знаю, Кэлвин, — вздохнул отец. — Но Айли… ведь ты понимаешь, что даже если никто её не выберет, и она вернется, она уже никогда…
— Прекрати говорить ерунду! — вспылил его величество. — Даю слово, что когда Айли вернётся, лично найду ей хорошего жениха!
— Хорошо, — сдался отец. — Что требуется от меня?
Такого поворота я не ожидала. Накатившая волна ужаса и паники почти мгновенно сменилась злостью, заставив со всей силы треснуть кулаком по каменной стене. От резкого движения верхняя книга заскользила, стопка развалилась, и я полетела на пол, чувствительно приложившись лбом об стену и плечом об шкаф. Вскочила, прошипев подслушанное у конюха ругательство, и вновь приникла к трубке.
Но дальше ничего интересного уже не было. Отец с королем принялись занудно обсуждать детали доставки меня в приграничный городок Ролог, навстречу лардэнским послам. Я слушала, потирая набухающую на лбу шишку и нервно кусая губы.
