Удивительный рассказ о поиске снежного человека, раскрывающий грани сверхъестественного, заставляющий переосмыслить некоторые ценности.
«Там, на самом краю земли,
В одиночестве живет Ничего;
Разрезая себя на ремни,
Отражая меня самого…»
Вот она – «страна снегов». Именно так на санскрите переводится название гор – Гималаи. А вот мы – пятеро наивных искателей приключений. Наш вертолет приземлился на северном склоне этих величайших гор Земли. Ронгбук – тот самый ледник, прославленный своей протяженностью. Не самый большой, конечно, но на солидную долю километров вгрызающийся мерзлыми зубами в гряду непокорных гор. На дворе – июнь месяц. Жаркий месяц для череды европейских государств. Но здесь – отнюдь не Европа, и потому температура опускается до отметки двадцати пяти градусов ниже нуля. Частенько так бывает, скажу я вам. Кто такие мы? Объект зависти многих обывателей. Мы – мажоры. Дети бизнесменов и олигархов. Потому мы имеем возможность нанять вертолет, прилететь на недоступные обычным работягам горы. Да и не работаем мы по той причине, что у нас все есть. А еще мы – те люди, которых именуют адреналиновыми наркоманами. И речь здесь идет не только об альпинизме. Наша команда собралась для того, чтобы повидать снежного человека. Верим, он существует. А старые подшивки газет и документальные фильмы, просмотренные по ТВ и интернету, повествуют о том, что именно на Гималаях данные неизведанные существа чуть ли не толпами ходят. Мы тут для того, чтобы удовлетворить свое любопытство. Нет, мы не научные исследователи. Мы – любители, жаждущие драйва и свежих впечатлений.
Я – Константин. Сын известного мэра. Другие мои спутники – настолько знамениты, что я не вижу надобности упоминать их имена и предпочтения. О них и так все знают. Достаточно только включить телевизор, чтобы разглядеть их самодовольные лица.
Как же без собаки в нашем авантюрном обществе? Ведь именно она выучена, надрессирована выслеживать дичь. Должна помочь и в поисках пресловутого йети. Это моя собака. Немецкая овчарка, купленная за баснословные, но вполне допустимые в моей семье деньги. Понятное дело, этот кобель был натренирован на должном уровне. Пес настолько умный, что моим другом стал сразу же и бесповоротно. Вообще-то, он имел кличку «Кэп», но я его переименовал. Уж очень он любил шоколадные батончики «Марс». Всякие сникерсы не признавал вовсе, зато от «Марса», как мне казалось, был на седьмом небе от счастья. Как приветливо его хвост бил по бокам, когда я клал на шершавый язык тающий от тепла пальцев шоколад! Как блестели его немного печальные желтые глаза! За любовь к этой сладости, я, недолго мудрствуя, так и назвал собаку – Марс. Марс был тем существом, которого я понимал и любил более многих лиц человеческого происхождения. А тот отвечал мне взаимностью. То ли оттого, что видел в моих руках долгожданное лакомство – то ли из-за своей простой, незамысловатой звериной натуры…
Вертолет высадил нас уже пять дней назад. За это время мы порядком и подрастеряли энтузиазм, карабкаясь по заледенелым, неласковым склонам гор. Ветер дул с ураганной силой, достигая порою скорости ста километров в час. Хотелось уже все бросить и улететь в теплый особняк близ Черного моря. Но мои спутники настаивали не торопиться, обождать еще пару дней, а уж потом вызывать эту стрекочущую машину, что перебросит нас в цивилизованные места. Может, у меня было предчувствие? Как знать. Но улететь нам стоило. Сразу же. А лучше и вообще не забираться в эти проклятые горы.
Первую странность обнаружил за собой Марс. Как только мы обошли излучину безвестного каньона, пес остановился. Более того, он стал пятиться назад. Шерсть его загривка вздыбилась, на губе слегка пенилась слюна. Что было второй странностью? Кружащаяся в воздухе выцветшая обертка «Марса». Откуда она взялась здесь, вторя кличке моей собаки? Но я не успел подумать об этих двух феноменах, поскольку третий затмил все остальные. Всего в нескольких десятках метрах от нас на корточках сидел человек. Он был одет в лохмотьях, жесткая поросль его лица была заметна даже с такого расстояния. Рядом с ним на красном от крови снегу лежал жестоко разорванный труп какого-то животного. Руки и рот странного существа в отсвете снега подсвечивали рубином – мы потревожили трапезу Снежного Человека.
Ведь если не это Снежный Человек, то кто же?
Дальнейшие минуты вспоминаю с трудом. Все как-то быстро случилось. Загудело, загремело, закричали товарищи-путешественники… Словно конец света надвигался на нас. Меня сбило с ног, завертело… Перед этим я успел увидеть, как моих друзей пожирает в снежном чреве сошедшая лавина.
