– Без пантов, оплатим, – серьезно сказал Харитон, хотя в голове от чипов страшный туман.
Алексашка не знал о чипах 'жизнь 0', он сделал себе кассету, не пробиваемую лучами турникета, стоящего у дверей цеха, вернее, ее сделали другие люди, а он узнал и себе приобрел. В гермозону он попал, взял 10 чипов, ссыпал в кассету, и доставил Харитону. Тот отдал, обещанные деньги. Они расстались. Харитон все десять чипов засунул себе в африканские косички, предварительно уложив их в украшения для волос. Счастливые оба, что задание быстро выполнили, Лида и Харитон поехали в обратный путь.
С каждой минутой ему становилось плохо. В поезде он стал терять сознание, в его голове десятью чипами постоянно произносилось: твоя жизнь прошла. Харитона еле живого вынесли на конечном пункте, Ирина вынула из его головы чипы, и засунула их в свою сумку, в дорогой футляр из-под солнечных очков, этим и спасла свою и его жизнь. Она отдала чипы заказчику, а его в странном состоянии положили в больницу. Заказчик знал о чипах больше, чем Харитон и Алексашка, он десять штук распределил по райскому острову, среди долгожителей, мешающих его бизнесу, и в скором времени он сильно разбогател на наследстве своем и чужом.
В цех принесли новый чип 'виртуальное время', Юлька взяла один из первых образцов чипов этой серии и поднесла к голове, она уснула, а когда проснулась, то увидела в окно Ивана Сусанина.
Юлька подошла летящей походкой к Ивану Сусанину. Молодой мужчина затаил дыхание на своем крыльце дома. Женщина – пани поразила его своей грацией, она почти не касалась земли, в ней была легкая таинственность мироздания. И эта красивая, необыкновенно величественная женщина, находилась так близко от него, что он забыл, кто он! Ведь она была чужестранка и появилась из кареты, напоминающей сказочный домик.
Иван видел, как остановилась карета. Было о чем подумать, но думать ему никто не дал, из кареты вышла – вылетела Юлька! О, как она хороша на фоне голубоватой, прозрачной шали! Мысли Ивана Сусанина стали путаться, Юлька коснулась его ногтей на руках, и он забылся в туманном сне любви.
Иван Сусанин открыл глаза: два мужчины, сопровождающие Юльку, спрашивали у него о царе Михаиле Федоровиче, где он, да кто с ним. Он хотел крикнуть на них, но голоса не услышал, хотел побежать за людьми, но и пальцем не смог шевельнуть. От бессилия он смотрел на тех, кто его допрашивал, и молчал.
Подошли еще люди, но перед глазами его была только Юлька!
Иван смог встать и говорить, но говорить было некому! Перед ним стояли люди и требовали отвести их к царю, Михаилу Федоровичу! Он очнулся из любовного оцепенения и повел чужеземцев в болото, говоря, что ведет к царю, и сам на том болоте голову сложил, в которой голубым видением скользнула красавица Юлька.
Пани Юлька сама решила подойти к кузнецу, чтобы он подковал лошадей в ее карете.
Кузнец оказался на редкость красивым и могучим мужчиной, от него веяло силой и уверенностью. Пани спасалась от лесных разбойников, и крепкие подковы на копытах лошадей ей были необходимы.
Кузнец, Иван, мужчина видный и добропорядочный, впервые увидел столь приятную женщину, какой была пани. Их взгляды встретились, и они не могли их отвести друг от друга. Юлька забыла обо всем на свете при виде Ивана, и у нее появилась мысль, что в этом уездном городке, кузнец ее спасет от любых разбойников. Ведь и их лошадям нужны подковы. Кузнецу Юлька определенно понравилась, жены у него не было, а пани была такая красавица!
Оказалось, что Юлька была поваром у настоящей пани и готовила она отменно еду, особенно борщи. Не так много их и отделяло друг от друга: кузнеца и повара.
Поженились Юлька и Иван.
Юлька отошла от сна, и виденье исчезло. Наконец-то она заметила Алексашку, он в ее голове заменил чип 'виртуальное время' на чип 'жизнь 0', она улыбнулась…
Или наоборот.
Жизнь прекрасна, когда можно легко связать свои мысли с реальным человеком. На пустом столе гордо лежал черный мобильный телефон. За столом сидел великолепный мужчина, его ноги под столом не находили свое место, и он сидел параллельно столу, вальяжно опираясь спиной на стену. Волнистые волосы мужчины ниспадали на дивные мужские плечи, карие глаза прятались в прядях челки, колени в черном панбархате лежали одна на другой. В руке, он держал бокал с красным напитком, скорее всего то было вино, по его заказу. Он был вальяжен и не вежлив с женщиной, сидящей рядом; ей его отношение к ней было неприлично безразлично.