Я раздраженно отмахнулась; только ее абстрактных рассуждений сейчас не хватало.
– Да зря ты так переживаешь, – заметила она. – Принц и раньше вовсе не собирался жениться ни на одной из этих твоих «реальных невест», и ссорился на этой почве с родителями. Так что тут ты ничего не изменила. А гонцам полезно размять ноги. Бег продлевает жизнь. И вообще, прислушайся к моим словам. Совесть – дама чрезвычайно капризная и стервозная; к тому же она начисто лишена здравого смысла. Она никогда не навещает тех, кто нуждается в ней больше всего, и вместо этого день и ночь досаждает людям, которые и без нее неплохо понимают, как им следует поступать. Так что учись держать ее в узде. Ничего такого страшного с принцем не сделается.
– А со мной? – тихо спросила я, медленно водя рукой по шершавой поверхности стола. – А впрочем, со мной тоже ничего не случится. И все-таки мне бы хотелось еще хоть раз увидеть себя в том, бальном платье, чтобы понять… В общем просто увидеть.
– Ну, как раз этому горю нетрудно помочь, – к моему удивлению заявила фея. – Вот.
Она разжала кулачок, и у нее на ладони заблестело маленькое медное колечко.
– Возьми.
Кольцо было гладкое, без камня; вместо этого с одной стороны на нем была изображена тонкая извивающаяся змейка.
– Надень его, – сказала фея. – Если повернешь змейкой внутрь, снова окажешься в том своем платье. Только потерянную туфельку, уж извини, я тебе возвратить не смогу.
Надев кольцо на указательный палец, я долгое время смотрела на него, отчего-то не решаясь прикоснуться. Потом стала медленно поворачивать, до тех пор, пока змейка совсем не скрылась из виду. Я даже не почувствовала головокружения. Так, легкий толчок – и на мне снова было роскошное белоснежное платье, кружевное и пышное, совершенно не сочетавшееся с окружающей обстановкой. Я потянулась к старому, давно потрескавшемуся зеркальцу, которое в последнее время почему-то всегда носила в одном из глубоких карманов – не иначе, признак мазохизма. Вовремя отдернула руку, сообразив, что карман и все его содержимое улетучилось вместе со старым платьем. Фея молча протянула мне зеркальце на длинной ручке – то же, что и в прошлый раз.
Все было точно таким же, как прошлой ночью – не только платье, но и макияж, прическа и украшения. Лишь на ногах по-прежнему оставались простые поношенные башмаки; единственная сохранившаяся туфелька была припрятана в надежном месте, тщательно завернутая в старые тряпки.
– Неужели я настолько непохожа на себя, что меня невозможно даже узнать? – задумчиво спросила я, разглядывая зеркальное отражение.
– Это смотря как смотреть, – пожала плечами фея. – Но надо признать, что вы, люди, смотрите обычно очень странно.
– Этот наряд будет появляться всякий раз, как я поверну кольцо?
– Да. Повернешь обратно – и на тебе снова окажется твое прежнее платье.
– Но я думала, тебе удалось сотворить все это только один раз, да и то всего на несколько часов?
– Ну… Я успела кое-чему научиться. Я быстро учусь. Такими темпами не пройдет и ста лет, как я стану вполне опытной феей.
Я так и не поняла, шутит она или говорит серьезно. Спрашивать об этом открытым текстом, ясное дело, не имело смысла. Повернув кольцо змейкой наружу, я вновь обнаружила на себе более привычную одежду. Даже проверила содержимое карманов – так, на всякий случай. Фея не обиделась. Она исчезла, ровно за секунду до того, как в дверном проеме показалась голова запыхавшегося Пончика…
Прошло два дня. Я сидела на табурете спиной к двери, рассеянно глядя на солнечный луч, который проник на кухню через распахнутое окно, широкой лентой разлегся на столе, а затем небрежно соскочил на пол. Накануне я ходила ночевать домой, и теперь мне было необходимо восстановить душевное равновесие. До следующего раза.
– О чем задумалась, красавица?
Должно быть, я и правда слишком глубоко погрузилась в свои мысли, поскольку голос Портняжки застал меня врасплох. Я резко обернулась, но быстро взяла себя в руки и принялась оглядываться по сторонам, не забыв заглянуть и под стол.
– Что это ты там ищешь? – поинтересовался Портняжка.
– Пытаюсь понять, с кем ты разговариваешь. Что-то не припомню, чтобы ты когда-нибудь так меня называл.
– Ну, правду сказать ведь никогда не поздно.
– Ты просто так или по делу?
– Просто так. Не видел тебя с самого бала, вот, зашел на тебя поглядеть.
– Ох, недоговариваешь! Небось зашел заодно посмотреть, не перепадет ли тебе чего-нибудь вкусненького. Думаешь, не вижу, какие алчные взгляды ты бросаешь на мои пончики.
– Ну что тебе, жалко одного пончика для лучшего друга?
– Жалко, конечно, но что с тобой сделаешь – лови!
Я бросила ему еще теплый пончик. Он, разумеется, поймал. Пончик исчез столь же стремительно, как появлялись и исчезали предметы в руках у феи. Только на сей раз обошлось безо всякого волшебства.
– Вкусно! – воскликнул он и совершенно последовательно добавил: – Еще хочу!
– Ишь ты! А на королевский стол что пойдет?
– А ты еще приготовишь! – С этими словами он подскочил к блюду и нагло схватил очередной пончик. И поспешно его надкусил, пока я не отобрала.
