— А это что? — Вадик вдруг застыл на пороге, удивленно озираясь по сторонам.
Рома вытянул шею, заглядывая через плечо партнера по бизнесу, и тоже обомлел: студию было не узнать. Сколько их не было? Минут десять? Пятнадцать? Ну, во всяком случае, никак не больше двадцати. И за это время Юна умудрилась прибраться так, что на мгновение Роме показалось, что он ошибся дверью. Никакого мусора, хлама, пустых фантиков и коробок. Рабочий стол выглядел, как картинка из каталога мебели. Вазы, искусственные фрукты и цветы аккуратно стояли на стеллаже, фотофоны выстроились в стройный ряд у задней стены. Даже провода от аппаратуры были бережно собраны в идеально ровные мотки. Как? Она что, и правда Белоснежка? И где-то тут прячутся птички, зайчики и бурундучки, которые помогали ей убираться?
— Ни фига вы тут все отканифолили… — озадаченно протянул Вадик.
— Это не я, все Юна, — спешно вмешался Рома, пользуясь случаем, чтобы добавить очков своей гостье.
— Тогда вообще сильно, респект, — Вадик прошелся по студии и провел пальцем по столу. — Вообще чисто! Охренеть! Кажется, он грязнее был, когда мы его купили…
— Ну, я подумала, надо вас как-то отблагодарить, — Юна скромно сцепила руки замком. — Вот…
— Теперь ясно, чего мне Рома тебе нахваливал всю дорогу, — Вадик уселся в кресло. — Хочет даже предложить тебе работу.
— Мне? — оживилась Юна. — Правда?
— Ну да… Не знаю, как насчет трудовой, там запаришься с пенсионным хороводы водить. Но если очень надо, можем и оформить, — Вадик не упустил возможности козырнуть положением босса. — Напишем тебе что-нибудь… Типа менеджер по развитию. Или PR-директор… Короче, сама выбери.
— Что, даже с зарплатой? — Юна восторженно распахнула ресницы, и Рома поборол желание повторить вчерашний поцелуй. Еще с бессонными ночами как-то помогает справиться кофе, то почему никто не изобрел таблеток для терпения?
— И с проживанием, — с царской щедростью добавил Вадик.
Вот ведь жук! Взял — и повернул все так, словно это была его идея! Хренов добродетель! И якобы случайно забыл упомянуть, что буквально минуту назад Роме пришлось его уговаривать прямо за этой дверью!
— О, это было бы отлично! — Юна воспряла духом и будто бы новым взглядом окинула студию. — Я могу раздобыть красивые картины, моя подруга рисует. Расскажу всем в институте, проведем акцию… Тем более, мы все равно хотели делать выпускной альбом. И школы! Точно, туда тоже можно предлагать! У моей однокурсницы младший брат в третьем классе, и на следующий год они собираются делать альбом! На окончание начальной школы, представляете?..
— Супер! — Вадик включил компьютер. — Вы обсуждайте, обсуждайте. Кто-то же должен выполнять грязную работу!
Рома протянул Юне кофе и сэндвич, и она, с наслаждением вгрызаясь в мягкую булочку, продолжила фантазировать:
— А еще можно договориться с агентством праздников. Ну, есть такие организаторы… Как та, что нам свадьбу делает. Я поговорю с ней, еще с несколькими… Они обычно предлагают на выбор несколько студий и фотографов. Можно сделать бартер: мы — их пиарим, они — нас… Боже, мне уже не терпится начать! — она даже зажмурилась от восторга, но внезапно осеклась и покосилась на Вадика, который с головой ушел в обработку снимков. — Постойте… Но если я живу тут, то как же ты?.. Я думала, ты тут периодически ночуешь…
— Ерунда, — не оборачиваясь, отмахнулся Вадик и, сам того не подозревая, сбросил бомбу, по мощности сравнимую с водородной: — Перекантуюсь пока у своей девушки…
ГЛАВА 18
ЮНА Лебедева
Вопрос с комнатой очень актуален! Кстати, никому не нужны сережки от Cartier? Вот тут на фоточке я в них. Отдам по скромной цене. Просто вдруг надоели)
А еще хотела рассказать о фотостудии «The CuCkoo’s Nest» — классный интерьер, потрясающие мастера и очень уютненько. Обещаю выбить скидку.
— У своей… — Юна прочистила горло, потому что голос вышел каким-то писклявым. — У своей девушки?
— Ну да, Лизочек мой… — и вдруг Вадик осекся, резко выпрямил спину и обернулся. — В смысле… Сестра. Двоюродная. И подруга. Детства. Учились вместе, все такое… Это наш прикол такой…
— Ты что, издеваешься? — Юне показалось, что у нее над ухом взорвалась звуковая граната: в голове то ли свистело, то ли пищало.
Еще двое манипуляторов? Да что ж такое! И почему именно с ней, с Юной? Может, в прошлой жизни она была серийным убийцей, жестоким маньяком или садировала котят? Потому что в этой явно еще не успела напортачить настолько, чтобы заслужить все это. Жених — мстительный ревнивец, отец — деспот. И теперь тот последний человек, которого Юна считала другом, которому доверяла в самый тяжелый период, — лжец? Мир сошел с ума? И приличных мужчин не осталось в принципе?
— Да-да, — Вадик сделал честное лицо. — Мы и сидели за одной партой, нас все женихали… Ничего такого… Люблю я только Рому, да, зай? — и он звонко шлепнул Кулешова по заду.
