К началу февраля наша команда «Призрака» серьезно обеспокоилась либретто. Так что Кэмерон встретился с Ричардом Стилго в его гримерке на Би-би-си и объявил, что его старый друг Алан Джей Лернер готов стать соавтором песен. Не знаю точно, как прошла та встреча, но довольно скоро Кэмерон позвал меня и Ричарда на ланч с Аланом, чтобы выслушать его замечания. Конечно же, Ричард чувствовал себя не в своей тарелке, но сложно было не прислушаться к автору песен из «Моей прекрасной леди». Кэмерон предложил Алану заняться либретто, поработать со мной, а потом всем вместе обсудить новые версии.
Моя первая личная встреча с Аланом состоялась в квартире Кэмерона на последнем этаже дома на Монтагю-сквер. Алан с трудом поднялся по лестнице. Ему даже пришлось остановиться на полпути, чтобы отдышаться, и я помню, как он побледнел. Он увлекся нашим проектом и много думал над материалами Ричарда. Ему нравились многие названия песен, но там было много еще над чем работать. Алан настаивал, чтобы сначала мы взялись за первую песню второго акта – «Masquerade». Мы решили приступить к работе в марте, но судьба распорядилась так, что мне не довелось поработать с этим легендарным человеком. Через несколько дней после нашей встречи у Алана обнаружили последнюю стадию рака. Вот письмо, что я получил от него 31 марта:
Алан Джей Лернер умер 14 июня 1986 года.
Теперь мы с Кэмероном оказались, как говорится, по уши в дерьме. Встреча с Аланом доказала, что либретто нуждается в доработке. Мы встретились с Хербертом Крецмером, которого Кэмерон привел в команду «Отверженных» после увольнения Джона Питера. Но наш разговор закончился ничем. В отчаянии мы стали просматривать выборку конкурса имени Вивиана Эллиса за 1986 год, достойного, но ныне не существующего мероприятия, которое являло миру новые мюзиклы. Меня заинтересовали стихи к песням из «Молль Флендерс», написанные молодым поэтом-песенником Чарльзом Хартом. Кэмерон позвал его встретиться в офисе.
