Жизнь – она как река. То течет медленно и плавно, то вдруг превращается в бурный поток, который, того и гляди, захлестнет тебя с головой. Приблизительно так и разворачиваются события в жизни журналиста Харитона Никифорова, известного в игре «Файролл» под именем Хейгена из Тронье. Вроде все было спокойно – и на тебе. Большая битва, упокоение духа великого колдуна прошлого, визит в долину троллей – всё не перечислишь. А если еще учесть то, что и в реальной жизни его швыряет как щепку в водовороте, то складывается совсем уж невеселая картина. Но это жизнь. Кто сдался – проиграл. Кто борется – тот выживет.
– А что у всех лица такие кислые? – раздалось с небес, нависших серыми тучами над замком Лоссарнаха. – На битву идем, не на похороны! Это весело!
Добро бы это был глас божий, или там некая небесно-возвышенная сущность подала нам знак, который можно было отнести к разделу «Благостные знамения» и после использовать это в своих целях.
Но – нет.
Сей голос свыше был звонкий, почти детский, и принадлежал крайне беспокойной особе, которую большинство из тех, кто стоял во дворе, почитали за одну из семи казней египетских.
– Изыди, назойливое создание, – посоветовал фее, кружащей над двором, гном Маниякс. – Люди на серьезное дело собираются, за правое дело ближних своих калечить.
– Да какие же Мак-Пратты нам ближние? – рыжий Леннокс, сидевший на ступеньках лестницы, чуть не поперхнулся копченой грудинкой, которую он поедал с отменным аппетитом. – Ты очумел, гноме!
Ответить прожорливому гэльту Маниякс ничего не успел, поскольку в этот момент из замка вышел наш претендент на престол и всем нам стало не до дискуссий. Пришло время отправляться в долину Карби.
Не стану скрывать – мне лично было волнительно. Очень уж много всего подвешено на эту битву: и квестов, и планов. А уж сколько я труда вложил в то, чтобы она состоялась, сколько побегал, договариваясь с разными людьми, причем не только здесь, в игре, но и там, в реале.
Костик вчера на катке заверил меня, что все в силе, что моя просьба удовлетворена, реализована и волноваться не за что, но все равно некие сомнения оставались. У нас ведь как? Написали на бумаге, да забыли про овраги, а по ним, между прочим, ходить.
А вообще вчера было хорошо. Азов и Ерема отошли в сторонку, о чем-то поговорили да и растворились в легкой снежной пелене, окружавшей каток. Даже «пока» ни один из них мне не сказал. Но, если честно, я на них за это не в обиде, невелика печаль.
Зато Ватутин остался и бдительно следил за тем, как мы резали лед коньками, катаясь «паровозиком» и «змейкой».
Да что «змейка»! Шелестова умудрилась отыскать то место, откуда на каток пускали музыку, и каким-то образом уговорить человека, который этим занимался, поставить «Летку-енку», и вот тут пошло истинное веселье.
Молодое поколение любителей фигурного катания данную композицию до этого момента в жизни не слышало, но что к чему разобралось быстро. Те же посетители катка, кто был постарше, обрадовались неимоверно, а потому цепочка людей, весело машущих ногами и руками, оказалась куда как велика.
Потом я забил на просьбу Азова не задерживаться, проигнорировал хмурые взгляды Ватутина, и мы всей компанией забрались в «Аннушку» – трамвай, который курсирует по хрестоматийному маршруту, известному любому москвичу. Штука в том, что он давно уже не рейсовый трамвай, а ресторан на рельсах, потому мы там как следует налопались. Причем Таша, которая, без всяких сомнений, была взволнована видом появившегося на катке Еремы, умяла половину поросенка, заказанного как основное блюдо.
Отличный день выдался, даже Вика им осталась довольна.
Все-таки – великое дело хорошо провести день в правильной компании, после такого дня на душе еще долго остается светлое послевкусие.
Вот и сейчас – впереди битва, во дворе замка бардак, совершенно неясно, что будет со всеми моими трудами за очень длительный период, – а у меня хорошее настроение.
– Права она, – громко заявил я, поднимаясь на пару ступенек вверх, к Лоссарнаху. – Что вы все такие напряженные? Мы же не на похороны идем, а на битву! И когда мы победим, наш друг станет королем этого края.
– Главное, чтобы после этого он и остался нашим другом – негромко добавил Слав, стоявший у меня за спиной.
Впрочем, скептически был настроен только он, остальные мои сокланы, те, что из игроков, запереглядывались, заулыбались и начали многозначительно подмигивать друг другу, как бы говоря: «Да-да-да». Звучало это приблизительно так же, как когда мы заверяем продавщицу в небольшом магазинчике в том, что завтра непременно ей рубль занесем.
– С нами лучшие люди Пограничья! – надсаживая глотку, заорал я. – Ну да, они в килтах, зато бойцы какие! С нами «Дикие сердца», клан, который сумел подняться после того, как была разрушена его крепость! Люди, их разнесли по кирпичику, но они снова поднялись вверх и не сдали своих позиций элиты игры! Это истинные дети войны! Много вы таких кланов знаете? Вот и я только их! С нами Глен и «Сыны Тараниса», наши верные союзники!
– Мы всех порвем! – завизжала Трень-Брень и кувыркнулась в воздухе.
– Ты хоть бы портки надевала для таких кульбитов, засранка эдакая, а не юбку, – возмущенно сказала ей Кролина. – Что за стриптиз для бедных?
– Открывайте порталы, – скомандовал я, перекрывая дружный смех. – Время!
– Ну ты и разорался, – немного укоризненно сказал мне Лоссарнах. – Я понимаю – эмоции, то-се – но все-таки. И чем тебе не угодили наши килты?
