Кучер и небольшое сопровождение пытались разговорить меня, спрашивали о моих «достижениях», интересовались «подвигами» и всячески донимали меня. Неужто они не видят, что я еду с трупом товарища?! Неужели не понимают, что у меня нет ни настроения, ни сил с ними болтать?!
В общем, я не сдержался и накричал на них, после чего на протяжении всего пути повисло неловкое молчание, никто даже в сторону мою не смотрел.
Деревня находилась на окраине Королевства, а потому она на довольно приличном расстоянии от Священной столицы. Конечно, с помощью телепортационных врат, время пути значительно сократилось, однако с ближайшего крупного города всё равно добираться около недели.
Само поселение, насколько я знаю, представляет собой небольшую деревню зверолюдей, которое занимается поставками мяса, охотой на монстров и, если придётся, на демонов. Иначе говоря, деревня воителей.
В последнее время положение Королевства не очень стабильное, из-за повышенной активности монстров и демонов. Уже несколько деревень полегло от их рук. И это заставляет меня немного волноваться.
…
…
— М-моя доченька, шмыг, она… о-она… — ревела женщина средних лет с собачьими ушами, смотря на то, что осталось от Келси. Она вся дрожала, а глаза выражали ужас и бесконечную печаль.
Наблюдая за ней, я ясно чувствовал, как что-то внутри меня трещит. Мне было больно от одного лишь звука плача женщины.
— Ты! — в гневе вскрикнул сурового вида мужчина. — Ты ведь герой?! Так почему ты позволил ей умереть?!
Мужчина обладал внушительной мускулатурой, а на голове у него были собачьи уши. На лице его не было ни одной слезы, однако было ясно видно, как ему грустно, как он пытался подавить свою печаль гневом.
— Ублюдок! — Крикнул он, замахиваясь на меня кулаком.
Я не стал уклоняться, из-за чего меня отбросило в другой конец комнаты. Я не был ранен, ибо был значительно сильнее него, однако мне всё равно было очень больно. Мою душу словно разрывало на куски.
— Убирайся… — тихо прошипел мужчина.
— А? — переспросил я, не расслышав.
— Я сказал, убирайся нах. й с глаз моих!!! — в гневе прокричал отец её.
Ничего не ответив, я тихо вышел из дома.
Передо мной раскинулась простая деревушка, где жизнь текла своим чередом. Жители были заняты повседневными делами: кто-то оттачивал навыки в тренировках, кто-то разделывал тушу кабана, а кто-то неспешно направлялся по своим делам. В целом, на первый взгляд поселение выглядело тихим и умиротворённым.
— Хааа… — выдохнул я, наблюдая за жизнью, протекающей в этом месте.
Птицы запевали свои брачные тирады, а листья мягко шелестели под лёгкими порывами ветра, но на сердце мне было очень больно из-за того, что только что произошло.
Это оказалось куда труднее, чем я думал изначально…
Мне не идёт быть героем… И почему выбрали именно меня? Если так подумать, то во мне нет ничего особенного…
Я слышал, что моя родина недавно более-менее восстановилась, так что может мне стоит отказаться от титула героя, вернуться, завести семью и зажить самой обычной жизнью?
Эх, всё-таки чувствую себя здесь неуютно. Зверолюди, как правило, недолюбливают людей, да и те отвечают им тем же. Уж слишком много недоброжелательных взглядов устремлено в мою сторону.
— Хм? — обратил я внимание на группу детей, шумящих за углом здания.
Дети зверолюдей собрались вокруг одной девочки с длинными каштановыми волосами и кошачьими ушками. Они толкали её, дёргали за волосы, чуть ли не вырывая их, и смеялись. Взрослые тем временем просто проходили мимо, не обращая внимания на происходящее, а некоторые даже ухмылялись.
Почему такое происходит прямо посреди дня? Почему они относятся к этому, как к данному?
Я не понимаю этого, но знаю почему. Грёбанные зверолюди со своим культом силы: коли ты слаб, терпи унижения.
От одного лишь вида этой сцены, я очень разозлился.
— Эй!
Группа детей не сразу отреагировала, лишь после того, как я подошёл вплотную, они повернулись в мою сторону.
— Чего? Дядь, ты кто вообще? — спросил мальчик с волчьими ушами и хвостом.
— Какого чёрта вы творите? — угрожающе сказал я. — Неужели вас не учили, что девочек бить нельзя?
— Пфф! — посмеялся мальчик с волчьими ушами. — Девочка? Она? Ха! Она дитя убийц и воров! Она плохая! А плохих наказывать надо!
И как только он сказал это, остальные стали поддакивать и посмеиваться.
— Вот именно! Лиам фигни не скажет! — высказался один из них.
Девочка была такой же зверолюдкой, как и другие дети, да вот только та была из рода кошачьих, а они имеют крайне дурную репутацию. Благодаря своим особенностям: маленькой звериной форме и навыкам к бесшумному и тихому передвижению, они способны с лёгкостью проникать в труднодоступные места, совершать тихие убийства и красть. Именно поэтому у них столь ужасная репутация, а потому, возможно, для окружающих их действия были вполне оправданы, тем более, что девочка была явно слабее каждого из них.
