- Готов поспорить на што укодно - сейчас нам податут опет. Мои репята перевернут вверх тном фею эту проклятую харчевню, но пез шаркого и допрого фина нас не остафят, - уверенным тоном заявил рейтарский полковник.
- А чтоб вас!.. - тихо ругался хозяин в темном углу. - Французы ощипали всех кур, теперь германцы всех свиней перережут.
- Эй, молотшик! - окликнул его бравый полковник, к счастью, не расслышавший последних слов хозяина. - Неси сюта топрого фина, та пошифей! Каспадин мушкетер и я хотим выпить за сторофье допрого короля Людовика!
Вскоре на столах появились поросята, которых расторопные рейтары деловито зажарили целиком, насадив их на вертела, как куропаток. Нашлось в харчевне и вино.
- Не кажется ли вам, полковник, - спросил д'Артаньян, - что наш милейший хозяин вполне способен подсыпать в бочонок отраву? Поглядите только, как он смотрит на нас.
- Шорт фосьми, фы правы! - с полным ртом отвечал рейтар, от этого его произношение стало еще своеобразнее.
Не приостанавливая движения своих устрашающих челюстей, живо напоминавших д Артаньяну мельничные жернова, полковник знаком подозвал хозяина к столу.
- Фыпей-ка из этого куфшина, люпезный, - тоном, не допускающим возражений, приказал он трактирщику.
Тот послушно выпил и, крякнув, вытер губы тыльной стороной руки. При этом достойный содержатель заведения не удержался от жалобного восклицания:
- Эх, последнее приличное вино пропало!
- Что значит - пропало, каналья! - воскликнул д'Артаньян. - Уж не хочешь ли ты сказать, что если два благородных путника разопьют этот бочонок за здоровье короля Франции, то вино следует считать пропавшим!?
- Что сначит пропало, плут?! - эхом откликнулся толстяк. - Я прикашу моим молотцам насадить тебя на фертел, как свинью, и сашарить на метленном окне!
- О каком окне здесь толкуют? - раздалось позади. - В этом дрянном кабачке и окон-то не разглядишь - видно, все они мухами засижены. Эй, трактирщик - вина мне самого хорошего да подбрось поленьев в очаг - огонь почти погас, а я промерз до костей, они так и стучат друг о дружку!
В харчевне появилось новое лицо, которое отвлекло внимание рейтарского полковника и д'Артаньяна, избавив тем самым хозяина от дополнительных неприятностей.
Глава тридцать восьмая,
В которой полковник обедает, капитан рассказывает, а д'Артаньян узнает
новости о Планше
- Это фы говорите оп окне, люпезный! А я гофорю, оп окне, по-моему, это дфе совершенно разные фещи, - сердито откликнулся полковник.
- Латно, пусть путет по-фашему, - отвечал вновь прибывший. - Только пусть мне подадут что-нибудь поесть. Верно, это ваши подчиненные поджаривают на дворе аппетитных поросят?
- Фы нефежа, люпезный, и фам тут не место, - отвечал рейтар, разгневанный тем, что незнакомец передразнивает его. - Фы и сами-то говорите по-французски хуше турка!
- Турки редко говорят по-французски, как, впрочем, и по-немецки, примирительно заметил незнакомец. - Однако вы правы, я не француз, а фламандец.
- Тогда фот что я скажу фам, каспадин! Фы терпите испанцев, а мы с ними теремся, и фам тут не место! - повторил полковник, наливаясь краской.
- Мы их вовсе не терпим, а боремся с ними, как умеем. Моя бедная родина скоро сбросит испанское иго, - помрачнев, проговорил фламандец в ответ. - И сколько бы король Филипп и его герцог Оливарец ни слали к нам своих генералов, все они рано или поздно кончат плохо. А сюда я приехал из свободных Нидерландов от имени штатгальтера Фридриха-Генриха и его лучшего генерала Отто фон Гента с поручением к первому министру Франции. Если же это вам угодно, каспадин, - с мрачной веселостью продолжал курьер штатгальтера, - то я к вашим услугам.
Произнеся эти слова, сулившие немедленную дуэль с решительным рейтаром, приезжий сбросил плащ и войлочную шляпу, укрывавшую его лицо, и приготовился к схватке.
- Черт возьми! Да это же капитан Ван Вейде собственной персоной! неожиданно раздался голос д'Артаньяна, до сих пор хранившего молчание и со сдержанным интересом следившего за развитием событий.
Фламандец, собравшийся было вынуть клинок из ножен, потому что толстяк-полковник уже выбрался из-за стола и распрямился во весь свой рост с видом весьма воинственным, бросил удивленный взгляд на д'Артаньяна, видимо, не узнавая его.
- Капитан Ван Вейде на суше! - продолжал д'Артаньян. - Вот так встреча! Как хотите, капитан, но я должен задать вам несколько вопросов.
- Teufel! <Черт/>! (нем.)> - воскликнул полковник. - Фы снаете этого шеловека?!
- Еще бы, - так же экспрессивно отвечал д'Артаньян. - И он мне очень нужен.
- Шаль, - флегматично отвечал рейтар. Видно, полковник был отходчив. Я пыло совсем сопрался проткнуть этого молотшика, но раз он фам нужен...
В это мгновение капитан Ван Вейде наконец узнал д'Артаньяна. Его лицо отразило сложные чувства.
- Я встречал человека, очень похожего на вас, сударь, - ответил он спокойным тоном, но видно было, что спокойствие давалось ему нелегко. - Но тот был повешен в прошлом году по приказу коменданта Ла-Рошели перед сдачей города.
