– Мы легли вчера вечером, ты очень разволновалась из-за этих открытий, но быстро уснула после лекарства. Эту татуировку ты, наверно, сделала по пути из казармы, не хотела забыть… Сегодня утром я ушел на работу, как обычно. Все было хорошо, ты еще была в кровати, но уже проснулась. Я сказал тебе, что позвоню, если будет что-нибудь новое о содержимом компьютера Николя Жантиля, но эксперты над ним еще работают. Ты действительно ничего не помнишь?
Она прислонилась к стене, обхватив голову руками.
– Ничего, ничего!
Абигэль дрожала всем телом. Фредерик взял ее за руку:
– Пойдем, тебе надо чего-нибудь поесть. Ты вся белая.
– Я должна записать свой сон, пока все не забылось.
Абигэль бросилась к своей новой тетради снов. Она опомниться не могла после откровений Фредерика: половина дня 21-го и весь день 22-го совершенно стерлись из ее памяти. «Фейсбук», Леа, Фредди… Абигэль записала все, что помнила. Роща возле аэропорта (Лескен?), наркотики, усач, пришедший за чемоданом… Он говорил о маячке. И она помнила несколько слов отца, который давал понять, что авария 6 декабря была запланирована.
Почему, почему, почему?
Кроме визита к Жизели, что последнее она помнила? Она не знала. В голове крутилась песня
– Я хотела проверить, есть ли маячок…
Она почти извинялась перед ним. Он ушел, не сказав ни слова, а Абигэль так и осталась сидеть, несчастная, на полу паркинга. Что она делала весь день, пока Фредерик был на работе? Действительно ли ездила в этот лес? Она посмотрела на свои раскрытые ладони, на черные от смазки ногти. Во сне она рыла землю и выкопала наркотики.
Еще одна идея пришла ей в голову, она встала и полезла в машину. Навигатор, последний маршрут: поездки в сторону аэропорта нет. Ей хотелось одного: раздавить горящий кончик сигареты о свою руку. Чтобы причинить себе боль. Чтобы доказать себе, что она существует. Аби поднялась в квартиру и заглянула в свою записную книжку, но и это не дало ничего нового. Фредерик сидел за столом с ведерком мороженого в руках. Он заглатывал карамельный пломбир, как страдающий булимией, не разбирая вкуса, выскребая стенки ведерка, чтобы не потерять ни грамма сладкого. Ему было нехорошо, Абигэль это видела. Она подошла, хотела его обнять, но удержалась и направилась в кухню.
Она машинально что-то поела, поглощенная своими мыслями и этими черными дырами, поселившимися в ее голове, которые засасывали ее воспоминания, оставляя место страшным и до жути реальным снам.
– Я не сумасшедшая, Фред.
Но Фредерик ничего не ответил и ушел блевать в туалет. Она слышала, как его выворачивает наизнанку, и ей было бесконечно больно. Сколько времени они еще продержатся вдвоем? Остаток вечера они провели подальше друг от друга, оба терзаемые своими демонами. Только телефонный звонок в 22 часа положил конец океану молчания. На том конце провода Лемуан просил срочно приехать.
Они кое-что нашли в компьютере Хеймана.
– Идите сюда. Все происходит на экране.
Патрик Лемуан сидел с Жизелью перед ноутбуком в помещении группы. В слабом освещении свет экрана создавал впечатляющие зоны тени на лице капитана. Стол был заставлен пустыми стаканчиками из-под кофе, в пепельницах высились горы окурков.
Фредерик и Абигэль уселись рядом с ними. На экране компьютера шефа они увидели комнату, освещенную голой лампочкой. Кирпичная стена в полумраке. А перед ней круглый надувной бассейн с прозрачными стенками, глубиной примерно в метр. Такие устанавливают в углу сада для детей. На поверхности воды плавал толстый диск из плексигласа, заросший мхом, в метр диаметром, прицепленный к колышку из того же материала. К этому колышку на «островке» крепился черный ящик, на котором светились красным светом символ в форме звезды и глазок камеры.
– Что это за штука? – спросил Фредерик.
– Мы еще точно не знаем, – ответил Лемуан. – Но Виктор упоминал остров, воду, говорил, что боялся утонуть. Мы думаем, это та самая машина, что так его пугала.
Абигэль всмотрелась внимательнее. С круга на поверхности воды электрические провода змеились до земли и терялись в сумраке. Рядом с бассейном лежали стопки пижам, подушек и махровых полотенец.
– Я уже видела этот символ в форме звезды, – сказала она, показывая на красное свечение. – Он был скопирован на многих страницах в тетради Николя Жантиля, с квадратами, треугольниками.
– Это веб-камера снимает и передает нам изображение? – спросил Фредерик.
– Похоже, да.
– Как вы вышли на этот сайт?
