– Ходили разные слухи. Одни говорили, будто они благополучно добрались не то до Куанкулеха, не то до Лумукитана и остались там жить. Другие – что Орден Водяной Вороны отправил за воришкой погоню, и оба мальчика были убиты. Или только один из них – наш Нанка, или его дружок, на этот счет мнения расходились.
– А ты сама как думаешь? – спросила леди Сотофа.
– Я не думаю. Я точно знаю, что Нанка был жив через полгода после побега. И в самом конце Смутных Времен. И примерно лет сорок спустя после принятия Кодекса. Знаю, потому что отправляла ему зов, спрашивала, как дела. Все-таки его побег – отчасти моя ответственность. Нанка, надо сказать, совсем не был мне рад. И на все вопросы отвечал односложно: «Прости, не хочу ничего рассказывать». После третьей попытки я оставила его в покое. Не хочет, и не хочет, он уже давно взрослый человек.
– С друзьями детства обычно разговаривают совсем иначе, – заметила леди Сотофа. – А уж с человеком, который подкармливал тебя с приятелем на Орденской кухне, а потом не помешал вам сбежать, и подавно.
– Может быть, как раз в этом дело. Мы же не знаем, как сложилась его жизнь. Вполне возможно, Нанка ею очень недоволен. И до сих пор не может простить, что я его тогда отпустила. Мечтает, как прекрасно могло бы все повернуться, окажись я неумолимым стражем. Это нормально, люди часто перекладывают ответственность за свои ошибки на других. Я это не то чтобы одобряю, но понять, безусловно, могу.
– Особенно если его друга все-таки убили, – сказал я. – Очень хорошо представляю, как можно потом всю жизнь себя терзать: «А вот если бы меня тогда задержали на выходе, и он не решился бы бежать один, был бы до сих пор жив…» – ну и так далее.
– Да, я тоже так думаю, – кивнула леди Хайста. – Иначе почему бы Нанке было так неприятно меня слышать? Расстались-то мы друзьями… Боюсь, ты прав, сэр Макс. Ребята из Ордена Водяной Вороны убивали своих даже охотнее, чем чужих, за провинности гораздо меньшие, чем побег на край света и, тем более, кража волшебного порошка. Вряд ли Пелле повезло больше, чем прочим.
– Как вы сказали, его звали?
Вообще-то, у меня скверная память на имена. Пока дюжину раз не повторю, не запомню. Но некоторые имена все-таки застревают в памяти.
Особенно, те, которыми мне хоть однажды доводилось называться.
– Пелле Дайорла, а что?
– Если так, я ошибся. Пелле Дайорла тоже жив и здоров. По крайней мере, был совсем недавно.
– Ты что, с ним знаком?
– Не с ним. Но с человеком, который хорошо его знает.
– Это кто же такой?
– Малдо Йоз, предводитель Новых Древних архитекторов. Они где-то в Уриуланде на стройке вместе работали. И подружились.
– Пелле Дайорла стал строителем? Вот уж никогда бы не подумала!
– Если верить Малдо, он еще и поэтом стал. Правда стихи никому не читает, а пишет их на кирпичах, которые потом вмуровывает в фундаменты будущих зданий. По-моему, очень красивый жест.
– Стихи на кирпичах?! Грешные Магистры, как же причудливо распоряжается нами жизнь! – рассмеялась леди Хайста.
А леди Сотофа нахмурилась. Но не сурово, а сосредоточенно, как будто пыталась перемножить в уме два восьмизначных числа.
– Все это замечательно, – наконец сказала она. – Но мне совсем не нравится, что этот бесполезный волшебный порошок, с котором когда-то носились глупые детишки, вдруг снова объявился в Ехо. И, похоже, все-таки приносит кому-то пользу. Хотя ума не приложу, в чем она может заключаться.
– Один дурак, который развлекался, запугивая спящих, у нас уже был, – мрачно заметил я. – И, похоже, так и не понял, почему мне не нравится его поведение. Испугался – это да. Но, боюсь, умнее от этого не стал. Впрочем, по Кофиным сведениям, он уехал куда-то в Гугланд, к дальней родне. И вряд ли скоро вернется в столицу. Все-таки знакомство с Базилио очень его впечатлило. И хвала Магистрам, что так.
– Вот уж не знаю, хвала ли, – вздохнула леди Сотофа. – Иметь дело с дураками довольно противно, зато легко. На твоем месте я бы мечтала, чтобы все преступления в Мире совершали только злые дураки. Впрочем, это несбыточная мечта. Не слушай меня, сэр Макс. Ни о чем не мечтай, а просто ступай и займись делом. Эта твоя история нравится мне все меньше. Дурацкий порошок Кель-круальшат из закромов Ордена Водяной Вороны и сновидцы, которые сходят с ума от страха – такое сочетание вызывает у меня иррациональный протест. Лучше бы уж их просто пытались съесть. По крайней мере, это технически невозможно. И довольно смешно.
«Макс, – в моей голове внезапно раздался голос Нумминориха, – ты знаешь, куда я в итоге пришел? Ко Дворцу Ста Чудес! И здесь этого грешного порошка полно. Ну, то есть, не кучей насыпан, а такие, знаешь, дорожки от центрального входа в разные стороны разбегаются. Зайти или подождать тебя? Тут все, конечно, заперто, причем очень неплохими заклинаниями, но с какой-нибудь дверью да справлюсь».
«Погоди, – попросил я. – Дай немного подумать. У меня от твоей новости небо на голову рухнуло. Сейчас вылезу из-под его обломков и сразу решу, как нам быть».
