— М-м-м-м? — Сэм, уже наполовину вернувшийся к исследованиям, поднял бровь.
— Почему, сидя в крепости из одеял, ты пытался вынудить меня приготовить чертовски сложные блюда?
— А, это? — в глазах Сэма появились искорки веселья, — я просто прикалывался над тобой.
Дин молча вытаращился на брата. Не то чтобы он этого не ожидал… Скорее его поразило то бесстыдство, с которым Сэм признал этот факт. Обретя метафорическую землю под не менее метафорическими ногами, Дин наконец смог сформулировать то, что собирался сказать:
— Тебе чертовски повезло, что мне жалко хлеба и арахисового масла, иначе бы до конца нашего вынужденного отпуска я кормил бы тебя только ими, сучка.
— Ага-ага, придурок. Что я могу сказать? Я злился на тебя. Тогда я еще не понимал, что происходящее — лишь просьба о помощи, — сочувственно сказал Сэм.
Ага. Настало время поспешного отступления. Дин пробормотал что-то невнятное, юркнул на кухню и даже умудрился удостовериться, что находится вне зоны видения Сэма, прежде чем раз пять подряд закатить глаза.
Каким-то образом Дин пережил первый час. Он успел несколько раз поблагодарить Сэма за то, что тот вынудил его заниматься чем-то полезным, а не просто слоняться из угла в угол. К сожалению, данное ему задание было не таким уж и сложным.
Дин любил и умел готовить, так что по большей части приготовление рыбы было лишь механической работой. Мысли же в этот момент бродили, где им вздумается, воскрешая недавний разговор с Касом и напоминая о том, что охотнику только предстояло.
Если рассуждать логически, это не должно было его удивлять. Размораживая рыбу в миске с водой, Дин перешел от предвкушения к нервному ожиданию. Теперь он сомневался, действительно ли хорошо всё обдумал. К тому времени, как духовка была нагрета, а картошка нарезана и посыпана розмарином и солью, Дин вспомнил, что планировал нечто подобное последние несколько лет. Десять минут спустя, когда рыба была разморожена, Винчестер начал думать, что за прошедшие годы в нем что-то сломалось: нормальный человек не мог искренне просить другого тридцать раз ударить его ремнем по заднице. Две минуты спустя, перемешивая бобы с уксусом, оливковым маслом и специями, Дин опять думал, что всё решено, и знал, что Кас доведет его до грани, проведет по острию, но никогда не столкнет в пропасть.
И всё началось сначала.
К 6 часам на тарелках лежали приличные порции рыбы и зеленых бобов. За время готовки Дин выпил стакан воды и уже налил себе второй. Отдав Сэму его тарелку, охотник принес воды и ему: собственно, кроме оставшихся 37 бутылок сока, нескончаемого склада очень крепкого алкоголя и этой чертовой воды пить было нечего.
Сэм с таким энтузиазмом поблагодарил брата за еду и отвесил ему столько комплиментов, что Дин понял, что не так уж и злится. Вместо того, чтобы есть в библиотеке и слушать нескончаемые комментарии Лося, Дин решил, что ужинать, стоя прямо на кухне, тоже вполне неплохо. Доедая рыбу, Винчестер подавился и закашлялся: до него внезапно дошло, что если Кас решит не исцелять его, есть стоя ему придется по меньшей мере несколько дней.
Примерно в этот момент тревога вгрызлась в желудок Дина. Посмотрев на свою тарелку, охотник решил, что съел достаточно: еще кусочек, и риск выблевать всё на пол значительно увеличится. Выбросив остатки ужина, Дин принялся мыть посуду, периодически делая небольшие глотки из стакана с водой.
Примерно в двадцать пять минут седьмого он закончил и, выйдя в библиотеку, без особого удивления обнаружил, что Сэм ждал добавки. Когда Дин принес брату еще одну порцию и дважды протер всё, что только было на кухне, на часах было только 18:40. Поморщившись, Дин допил воду и просто ради того, чтобы потянуть время, сполоснул стакан. А потом — вторую тарелку Сэма.
Время — очень растяжимая материя.
Винчестеру не оставалось ничего, кроме как пойти в свою комнату и подготовиться. Стрелки показывали 18:48, так что Дин решил, что на удивление хорошо справился с двумя невероятно долгими часами.
Правда, они еще не закончились. Спустя семь минут Дин в полной мере осознал, что такое бесконечность. Он был уверен, что эти чертовы секунды тянулись дольше, чем предыдущие полтора часа, и подозревал, что оставшиеся семь минут будут казаться вечностью.
Винчестер успел раздеться, аккуратно сложить одежду, решить, что она всё же выглядит небрежно брошенной на кровать, и сложить её заново. Несколько раз подряд. Каким-то чудом дождавшись 18:56, Дин, прикинув, что дорога до гаража займет около 3 минут, потуже затянул пояс халата и вышел из комнаты.
К счастью, Сэма в коридоре не было, и до Дина внезапно дошло, что с тех пор, как он пошел готовить брату ужин, Кас ему на глаза не попадался. Он мог только предположить, что всё это время ангел потратил как на физическую, так и на моральную подготовку.
Проблема была в том, что Дин не мог расслабиться. Он не мог успокоиться и, ступая голыми ногами по холодному бетону, впервые понял, что на самом деле означала фраза «заламывать руки».