В первый (и, скорее всего, последний) раз в ответ на стоп-словно Кас разразился хохотом. Он смеялся по меньшей мере минуту, прежде чем смог взять себя в руки. К тому времени, как он успокоился, Дин уже стоял напротив, скрестив руки на груди и сверля ангела недовольным взглядом.
Кас снял очки, вытер глаза, вздохнул и посмотрел на Дина:
— Извини. Я… Видел бы ты своё лицо! Дин, я понимаю, почему ты использовал стоп-слово, но доверься мне: я знаю, что делаю, и понимаю, куда всё идёт. Мы, конечно, можем остановиться прямо сейчас, если ты действительно этого хочешь, но я прошу тебя дать мне еще… скажем, две минуты. Если ты и после этого не изменишь своё мнение, мы без вопросов остановимся. Сделаешь это для меня?
Кас никогда даже не думал спорить с Дином о прекращении сессии. Стоп-слова были практически священны, и если ангел просил еще немного подождать, у него должна была быть чертовски весомая причина. Прищурившись, Дин всерьез подумал о том, чтобы послать Каса далеко и надолго просто в отместку за этот взрыв смеха, но что-то в открытом, честном взгляде ангела заставило его остановиться. Глубоко вздохнув, охотник кивнул:
— Ладно. Две минуты.
— Ты сказал, — начал Кас, — что у тебя скоро тренировка. Возможно, твоё альтер-эго хотело бы еще раз это упомянуть, учитывая, как много времени у него уйдет на пятьсот строчек?
Дин понял, что Кас чуть-чуть приоткрывал свои карты, показывая, как ему стоит действовать. Окей, подсказка принята и одобрена, с этим Винчестер справится. Все еще чуть-чуть обиженный, Дин кивнул, и Кас ободряюще улыбнулся:
— Твой цвет, Дин?
Дин задумался. Можно ли это был назвать зеленым? Скорее нет, как и красным. Даже желтый был слишком ярким и агрессивным.
— Шартрёз, — ответил он, мысленно благодаря Сэма за то, что тот знал пугающе много разных оттенков и однажды рассказал Дину, что шартрёз был желто-зеленым.
Кас улыбнулся, закатил глаза, но тут же вошел в роль и снова повторил:
— Мистер Винчестер, вы напишете фразу «Я буду фокусироваться на задании и не буду отвлекать других учеников» пятьсот раз. Сегодня и каждый вечер до конца недели.
— Нет, мистер Новак! — с паникой в голосе воскликнул Дин, — сэр, у меня сегодня тренировка! Завтра важная игра! Я не могу её пропустить, а если вы заставите меня писать пятьсот строчек, я буду здесь до ночи! Тренер меня убьет!
Кас вздохнул, и Дин резко замолчал.
— Несмотря на ваше нежелание следовать указаниям и выполнять данное вам задание, вы снова ждете, что я буду приспосабливаться к вашим потребностям. Ну что же, мистер Винчестер. Я готов согласиться на пятьдесят строчек, которые вы будете писать только сегодня, если…
— Ох, спасибо, мистер Новак, огромное спасибо, я обещаю, что буду вниматель…
— Я не закончил, — громкий голос Каса прозвучал подобно удару ремня, и Дин отшатнулся, замолкая и испуганно смотря на ангела, — Если вы продолжите меня перебивать, я откажусь от своей снисходительности.
Дин ничего не сказал, всем своим видом выражая просьбу, смешанную с паникой.
— Вернемся к тому, что я говорил. Я готов согласиться на пятьдесят строчек, которые вы будете писать только сегодня. Однако, я буду вынужден применить несколько более суровые меры, чтобы убедиться, что даже такое небольшое количество строчек всё равно послужит вам хорошим уроком и научит концентрироваться на задании… В любых обстоятельствах.
…ага. Дин начинал понимать, в какую сторону всё это движется, и ни капельки не возражал. По крайней мере, это предложение звучало куда лучше, чем пятьсот чертовых строчек. Что-то в выражении Каса, реального Каса, спрашивало Дина, настоящего Дина, готов ли тот продолжать. Дин едва заметно кивнул, и Кас опустился в кресло.
— Вы в любой момент можете передумать, но тогда сегодня, как и во все оставшиеся дни, вы будете писать по пятьсот строчек. Если вы вообще откажетесь это делать, то получите неудовлетворительную оценку по моему предмету.
В голосе Дина слышалось облегчение:
— Хорошо, да, сэр, я напишу пятьдесят строчек, я сделаю всё, что угодно, я не могу пропустить тренировку, я не могу пропустить игру или завалить ваш предмет.
— Очень хорошо. Встаньте, спустите штаны и нагнитесь над столом.
Дин резко подскочил, опрокидывая стул. В его голосе слышались испуг и недоверие:
— Какого, вашу мать, хрена, мистер Новак? Это что, какая-то дурацкая шутка?
Кас не сдвинулся с места, лишь забарабанил пальцами по столу:
— Вовсе нет, мистер Винчестер, и я бы посоветовал вам следить за языком. Я такие вещи не забываю. Я думал, что мы договорились, но если вы предпочтете пятьсот строчек, то в блокноте полно чистых листов, а мне некуда торопиться. Всё в ваших руках.
Дин уставился на него, нахмурившись и позволяя Касу — мистеру Новаку — увидеть отражавшуюся на лице охотника борьбу. Затем он закрыл глаза и на мгновение опустил голову:
— Окей. Ладно. Допустим. Я… Ладно.
— Давайте попробуем еще раз. Будьте вежливы и пользуйтесь литературным вариантом языка.
— Я… Да, сэр.