Этой ночью она не попала в тот сюрреалистичный, странно освещенный мир, в который попадала раньше — те травянистые равнины под пурпурным небом. Вместо этого она стояла в саду, под одним из дубов. Золотисто-красные листья падали и кружились вокруг нее, закручиваясь в маленькие водовороты. Небо было ярко-голубым, чистым, без единого облачка.
Она вытащила листок из волос и обернулась узнать, была ли она одна. Она посмотрела в сторону дуба и обратно. Кто-то появился прямо перед ней.
— Сара.
Ей был знаком этот голос. Это тот был бледный, темноглазый парень. Сара почувствовала внезапную глубокую радость, охватившую ее, но вместе с этим пришло чувство дезориентации, словно странный туман поднялся в ее голове, затуманил мысли. Вот и он! Он вернулся! Она больше ни о чем не могла думать, будто любые другие соображения были неуместны.
— Кто ты? Ты демон? — ее голос звучал незнакомо для собственных ушей, приглушенный, словно звуки снежного дня.
— Я не демон, — сказал он, и его голос звучал... умоляюще. Да, именно так. Умоляюще. И грустно. Почему?
— Тогда кто ты?
— Я был послан к тебе.
— Кем?
Он не ответил, лишь погладил ее лицо, нежно очерчивая контур губ пальцем.
— Я никогда не думал, что ты такая красивая, — просто сказал он, будто они вели светскую беседу.
Сара смутилась, не зная, что сказать.
— Духи воздуха, — прошептал он. — Вороны сегодня, это я их послал.
— Ты?
— Я не позволю никому навредить тебе, моя Сара, — он взял ее лицо в руки. На секунду, она подумала, что он ее поцелует. Вместо этого, он снова заговорил.
— Сара... — его голос был словно бархат, словно теплая вода. Словно заклинание.
— Да.
— Я скоро вернусь.
Не уходи.
— Когда?
— Скоро, — его глаза заслезились. Ее разумом окончательно овладел туман. Ей нечего было сказать, нечего сделать, кроме как позволить себе ускользнуть...
— Скоро, — отозвалась она эхом.
Сара открыла глаза. Она была в своей комнате. В ее голове беспорядок, будто она только что проснулась после анестезии. О, нет, я проснулась. Пожалуйста, дайте мне снова уснуть. Дайте увидеть его снова.
Она вздохнула от сожаления, от радости, и снова закрыла глаза, наслаждаясь моментом. Она хотела больше его, и еще больше. Глубокое счастье заполнило ее, несмотря на все происходящее. Будто новый мир, в который она входила, мог скрывать такие прекрасные сюрпризы, а не только страх и страдания. Будто она стояла посреди теплого моря, и оставалось лишь нырнуть.
Я даже не знаю его имени.
Она подумала о золотых листьях, кружащихся вокруг нее. О том, как все ее мысли покинули разум, словно вытесненные невидимой силой.
Она не записала сон. Это был секрет, только ей полагалось его знать.
Сара снова погрузилась в сон, но на этот раз без видений, и проснулась на рассвете. Серый, холодный свет раннего утра охватил комнату, когда она отбросила одеяло. Дождь из листьев упал с ее кровати — красных, золотых, кружащихся вокруг нее несколько секунд, прежде чем упасть на пол, один за другим.
Это может быть только он. Сара с интересом посмотрела на листья. Они были такими красивыми. Мертвыми, или умирающими. Их яркие цвета дышали в последний раз перед концом, но великолепно было видеть их агонию. Сара выпутала один из них из волос.
Листок
Значит, это она. Та, которую для меня выбрал отец.
Я ожидал... О, я не знаю, чего ожидал. Я знаю только, что боялся этого, боялся узнать, с кем разделял все это, что она бы только утащила меня глубже, сделала все еще хуже.
Но этого не случилось. Она — мое спасение. Я горю, она — вода. Я задыхаюсь, она — воздух, я могу лишь вообразить себе, как буду с ней наедине, как свет будет заливать мои глаза, как ночь расколется и выпустит меня в день. Когда я сломаю ее, ее внутренний свет прольется, словно печать, скрывающая тайное послание. И ей придется разделить этот свет со мной. Я буду спасен, а она падет. Я сожгу ее. Я убью ее и снова подарю жизнь. Я буду верен ей. Я никогда, никогда ее не брошу.
Он пахнет светом и жизнью, она пахнет ветром. Я вижу ее, сидящую в темноте в короне из огня, окруженную духами, и ее кожа белая, как у моей матери.
Хотел бы я забрать ее, но так ничего не сработает. Она должна прийти по доброй воле. Она должна нуждаться во мне так же, как я нуждаюсь в ней, и мы должна пройти долгий путь, прежде чем она мне доверится. Заставить ее хотеть меня — это хорошее начало. Я чувствовал, как ее страх растворяется в желании — это так упрощает задачу. Избранная не только готова, чтобы ее забрали, — она еще и жаждет этого. Она просит увести ее от всего этого. И так мое влияние работает намного лучше, оно проникает глубже.
