— По дохлой кошке что ли траур? — снова ехидно спросил тёмный ученик.
— Да нет у меня никакого траура! — огрызнулся он наконец. — Отстань от меня уже!
— Ой, врёшь, — фыркнул на это Лейтон, как бы случайно чуть не загребая вместе с сеном замешкавшуюся звероящерицу.
Фамильяр, малость разморенный жарой, едва успел выскользнуть из-под грабель и уже на плече хозяина злобно зашипел, на что Лейтон только снова мрачно усмехнулся.
— Придурок… — не выдержал маг, решив уйти в другой конец луга.
— Ой, а где ж ты растерял всю свою невозмутимость? — откровенно рассмеялся Лейтон.
— В жопу иди, идиот самовлюблённый.
— Это ответ?
— Греби молча! — снова огрызнулся он со своего края лужайки.
— А то что? Огребу? — продолжал тёмный.
— Просто отстань от меня.
На какое-то время снова установилась относительная тишина, нарушаемая только шорохом травы и клёкотом поднявшейся в воздух и кружащей над лугом Торны. В какой-то момент пустельга замерла в воздухе, быстро трепеща крыльями, пригляделась к чему-то внизу и камнем кинулась туда, вниз, резко затормозив лишь у самой земли. Поднялась обратно она уже с мелким зверьком в когтях. В наступающих сумерках было плохо видно, с каким именно.
— Меня от неё уже мутит… — проворчал звероящер, глядя на птицу.
— Ты бы потише ругался, — отводя взгляд от фамильяра, ответил ему Лейтон.
— Просто пускай она прекратит убивать ради забавы, — вступился за своего спутника маг. — Это действительно ненормально!
— Может, она просто проголодалась, — фыркнул в ответ тёмный ученик.
— Ты лучше меня знаешь, что духи не испытывают голода. Пища, как нам, им не нужна. Вкус или развлечение — но не голод! А она просто развлекается!
— Ой, не читай мне лекций, наслушался уже. Да и она сегодня утром достаточно развлеклась, — захихикал Лейтон.
— Почему ты ей это позволяешь? — дал он волю своему негодованию, окончательно отвлёкшись от работы.
— А что плохого? Деврекс сам сказал: никаких лишних животных на территории фермы! — торжествующе ухмыльнулся тёмный маг.
— Она была не на территории!
— Но рано или поздно зашла бы!
— Это не повод убивать!
— Значит, всё-таки из-за кошки дуешься, — фыркнул Лейтон, возвращаясь к уборке сена.
— Да не в кошке дело… — устало возразил маг.
— Ты меня всё-таки учить вздумал? — угрожающе покосился на оппонента тёмный, зачем-то переворачивая грабли черенком вниз. — У меня для этого уже Деврекс есть, ты опоздал, дорогуша! И он пока по этому поводу не ноет, в отличие от тебя!
— И очень зря! — снова подал голос звероящер.
Лейтон тихо рыкнул. Торна сделала ещё один круг над лугом, уходя из поля зрения.
Жёсткое оперение резко, почти больно мазнуло по щеке, что-то в груди разорвалось, обдав жаром и тупой болью. Пустельга врезалась в землю, прижав к ней оглушённого ударом когтей звероящера, что смог только беспомощно и поздно лягнуть воздух задними лапками. Жар сменился обжигающим холодом, сковавшим любое осмысленное движение. Птица раскрыла острый клюв, плотнее сжав в пальцах лап беспомощного зверька. Смотреть туда не было смысла. Смысл был теперь только на глубине горящих тёмным огнём серых, как тонкий лёд, глаз Лейтона, жадно впитывающих очередную немую мольбу, отразившуюся во всём существе бессильного что-либо сделать противника. Но ему было недостаточно. И Лейтон ждал большего.
— Опять вы дурью маетесь! — Маригда появилась на краю лужайки очень кстати; пустельга спешно откинула в сторону добычу и пропала в темнеющем небе.
— Всё снова испортила… — проворчал Лейтон, оборачиваясь к девушке: — Что не так?
— А то, что ужин уже готов, а вы всё тут возитесь! Немедленно домой!
— С тобой я ещё закончу, — проходя мимо распушившегося звероящера, скрючившегося среди травы, пробормотал тёмный маг.
Торна спустилась вниз, привычно села на руку хозяина. Маригда уже скрылась. А он наконец преодолел странное оцепенение, и без сил осел на землю, на колени, глядя теперь только на собственные вдруг задрожавшие руки. Звероящер, как очнулся полностью, как можно быстрее вернулся к нему, сразу забившись в карман рубашки. Терять фамильяра совсем не хотелось. Нет, позже на его месте появится другой, но отчего-то казалось, что потери он просто не переживёт.
За ужином настроения оставались те же, и Деврекс очень скоро это заметил. Маригда обеспокоенно о чём-то прошептала ему на ухо, когда в очередной раз вернулась в дом, и Лейтон с некоторой тревогой поймал на себе его подозрительный взгляд. Но обратиться в первую очередь Деврекс решил не к нему:
— Хан, чего не ешь?
— Аппетита нет… — кисло ответил он.
— Зато мне больше достанется, — утягивая нетронутую тарелку к себе, усмехнулся Лейтон; маг даже не шелохнулся, только невольно проследил за этим движением взглядом.
— Только не говорите, что вы снова поругались… — с усталым раздражением вздохнул архимаг.
— Да почему же? Дружны, как никогда! — Тёмный маг неожиданно сильно одной рукой притянул к себе и обнял ошарашенного соседа по столу. — Да, мелочь?
