Сны каменной Черепахи полностью

Сентябрьское солнце повернуло к закату и повисло над рекою. Тигр, сытый после успешной охоты, подошел к каменной плите на краю обрыва и решил остаться здесь до утра. Большой кот растянулся на камне-останце, накопившем за день солнечное тепло, сладко потянулся. С этого высокого места был прекрасный вид на Уссури.

Тигр стал царапать когтями дёрн на серой скале, и вдруг почувствовал, что камень под ним шевельнулся. Тигр резко встал на лапы и услышал, что часть скалы, выдающаяся в сторону реки, как будто вздохнула. Тигр не был трусом, он прикоснулся тяжелой лапой к парящему над обрывом камню, и… камень заговорил с Тигром:

– Амба, ты разбудил меня!

– Ты кто? – спросил удивленный Тигр.

– Я – каменная Черепаха, дух этих сопок. Я всегда была на этом месте, – ответила скала.

– Извини, что потревожил тебя, я пробуду здесь до утра и уйду, – сказал Тигр, стараясь не потерять тигриную честь и остаться хозяином положения. – Мне жаль тебя, Черепаха, ты не умеешь ходить, а значит, нигде больше не была и мало видела в этой жизни.

– Н-е-е-т, черепахи живут д-о-о-лго, а каменные – вечно. Когда долго живешь, нет смысла ходить, жизнь сама ходит вокруг тебя. Я много видела, много помню. Хочешь, я расскажу тебе, как люди поклонялись мне и приносили в жертву тигриную кровь?

– Эти двуногие? Боялись тебя больше, чем моих братьев?– Тигр присел на задние лап.

– Да, это было давно. Воды в реке было много, волны плескались у моих лап. Люди ловили в реке рыбу, иногда такую большую, как ты от носа до кончика хвоста. А когда начиналась осень, люди ловили много красных рыбин, что шли от самого моря, и никогда не возвращались в море. Охотники убивали тигриную добычу: кабанов, медведей, оленей и еще каких-то огромных лохматых зверей. Каменными ножами они разделывали туши на моей спине и просили, уберечь их от встречи с Духом леса, как они называли тебя.

Однажды ко мне пришли старик и мальчик. Был закат такой же, как сейчас, и мальчик спросил, куда на ночь уходит солнце, так похожее на маленькую оранжевую уточку. Солнце ныряет в реку? Старик рассказал мальчику, что раньше светило на небе три солнца, и было очень жарко. Умелый охотник застрелил два солнца, последнее солнце стало прятаться на ночь, и зимы стали длиннее.

Я сама не помню трех солнц на небе, проспала. Но недавно люди на том берегу реки сами сделали металлическое солнце. Оно слепит меня в июньский полдень, отражая лучи истинного светила. Думаю, скоро опять станет слишком жарко, и люди уберут лишнее солнце…

– Люди убили солнце! – возмутился Тигр. – В прошлом году они запускали в небо тысячи звёзд в придачу к тем тысячам, что видны ночью. Огненные шары подожгли лес. Огонь – единственное, что я боюсь и я бежал через ночную тайгу куда подальше.

– Это они год Тигра так встречали, фейерверками и летающими фонариками, – улыбнулась Черепаха. Люди убивают не только солнца и животных, они убивают друг друга. Многие племена прошли мимо меня за тысячелетия, пока не пришли те, кто выбил мне в сером камне рот, лапы, глаза. Они поклонялись мне и называли Черной Северной Черепахой – стражем границ их великой Империи. Эти люди любили золото и охотились на тигров, медведей, искали женьшень. А звериные кости, внутренности и даже усы продавали как лекарство. Но потом вдруг они заболели какой-то неведомой болезнью и умерли.

Тигр зевнул, он смотрел на краешек заходящего Солнца. Его рыжие полосы казались пылающими. В свои шесть лет он точно знал, что Солнце вынырнет снова.

–…вернулись на реку мирные рыболовы, – продолжала каменная Черепаха. – У людей был шаман Хыхчыр, очень сильный шаман, он умел менять погоду и лечить. Он часто ходил ко мне, сжигал травы, курил длинную трубку, бил в бубен и танцевал.

А потом, в первый раз, в эти края пришли высокие голубоглазые люди. Они угрожали рыболовам и требовали выкуп золотом и мехами, говорили, что это дань далекому царю. Хыхчыр просил меня о помощи и принес в жертву свою любимую собаку. И белые люди ушли и много-много лет не возвращались.

– Собаки вкусные, – неожиданно добавил Тигр, он растянулся на камне.

– Опять пришли белые люди, они привезли с собой своих женщин и детей. Рубили мой лес. Убили много тигров, так как очень боялись их. Сами себя эти люди назвали стражами границы. Местных рыболовов становилось все меньше, только одна старуха приходила ко мне, когда змеи грелись на моих боках, и собирала змеиный яд.

Когда же в одиночестве я вся обросла мхом, лишайниками и травой, два мужчины пришли и присели на мою спину. Один был высокий и важный, он курил сигареты, а – другой китаец, курил трубку. Они не хотели, чтобы их еще кто-то видел.

– Ван, золотого песка тебе хватит, чтобы тебя приняли за старателя, и прожить первое время. Где меня искать, ты знаешь.

Китаец с усмешкой погладил свои длинные узкие усы, подошла лодка, и он спустился к воде.

Черепаха замолчала. Задремавший Тигр вопросительно открыл глаза. Было почти темно.

– Ты что, заснула, продолжай? – Тигр так пытался скрыть свой собственный сон.