- Да я-то и не против. Только не понятно – а в чем будет заключаться работа этой группы? – пожал плечами Евгений.
- А вот тут я тебе, Женя, ничего сказать не могу. Ибо и сам не знаю. Знаю точно, что не мое направление будет. А вот над чем тебе предстоит работать – уволь! – развел руками начальник отдела, - Вполне возможно, что в той же области, что и твои сегодняшние работодатели. Ну… в смысле – наши партнеры, к которым ты в командировки зачастил. Хотя это я сейчас так – вилами по воде!
Потом Ганин посмотрел на часы и немного заторопился:
- Нам сейчас к Иванову идти по этому вопросу. Решение фактически принято, но положено сходить к заму, курирующему направление. Стадия согласования кандидатуры, без этого никак. Порядок. Я вот что хотел спросить… Если тебя назначают – ты кого-нибудь с собой из группы потянешь?
Плехов кивнул:
- Ковалева и Черткову! Но – это если они еще согласятся!
- Ну-у-у… в принципе этого и следовало ожидать, да! Хотя, ну сам меня пойми – фактически группа развалится полностью. Гладышев – в командировке, Клавчик – тоже. С кем мне работать? Все ваши дела, которые тянет группа – встанут. Пока еще наберем молодежь, пока она в дело вникнет… Гладышеву надо еще в работу старшего втянуться. Хорошо… Запретить я тебе не могу. Да и без толку это будет. Просто убедиться хотел. Ладно, пошли!
Вслед за начальником, Плехов потопал в кабинет к одному из замов руководителя. Это было действительно необходимой формальностью, но… Особо приятным Плехов бы это не назвал, ибо был Иванов Петр Васильевич… Как бы это назвать помягче? Недолюбливали этого человека с государствообразующей фамилией в «конторе».
Петр Васильевич был человеком непростым. Начать с того, что на момент прихода Плехова на службу, именно он был начальником их отдела. Ну и три года назад, вследствие кадровых подвижек, стал заместителем директора. Ганин, тогда же – стал начальником отдела, а сам Плехов – старшим группы. Но дело даже не в этом… Это так – объяснение тому, что они втроем в какой-то мере были связаны. Но вот Иванов был… хитрожопым! Этакий лис, который всегда остается сухим, выходя из воды.
«Как там было у классиков – «Палец в рот я бы ему не положил!».
Внешне Петр Васильевич оставлял очень хорошее впечатление. На первый взгляд. Особенно у женщин. Именно тот самый – настоящий полковник! Хотя, поговаривали, что он под… полковник! Вроде бы, по слухам, из армейской контрразведки. Высокого роста, широкоплечий, подтянутый. Даже – спортивный. Плехов точно знал, что спортом Иванов не пренебрегает – как-то на корпоративе, несколько рисуясь перед сослуживцами, скинув пиджак, отжался тридцать раз. Но не просто отжался, а – с хлопками. А это уже – показатель! Да и видно, что «мышца» у него есть.
Всегда аккуратная стрижка, в темных волосах – серебро седины, немного – чуть-чуть, только «для солидности»! Одет – если не «с иголочки», то где-то совсем близко. Да-да… наручные часы неплохой марки, но – без лишних «понтов». Очень хорошие английские полуботинки на ногах…
И постоянная улыбка на устах. А карие глаза – как будто изучают собеседника. Взгляд профессионального энтомолога. Посмотришь на него, и волей-неволей переводишь взгляд на правую руку Петра Васильевича: где у него там иголочка, которой он тебя сейчас – вжик! И приколол на дощечку! И даже табличка у него уже наверняка готова, такая табличка – где все твои данные имеются. Кто ты есть, какого вида, на латыни, само собой! Когда добыт и чем отличился!
Иванов умел и разносы подчиненным делать. Причем – не особо повышая голоса.
«Хорошо интонирует, собака!».
И ведь что характерно – и разносы получать от Иванова было неприятно, но и просто общаться, по работе ли, нет ли – неприятно не менее!
Плехов как-то исподтишка разглядывая Иванова, даже поймал себя на крамольной мысли – а вот в расстрельных подвалах, в форме НКВД, Петр Васильевич был бы также доброжелателен, улыбчив, даже несколько участлив? Потом мысленно прикинул на начальника черную форму «СС-альгемайне».
«Нет! Не его! По типажу лица не подходит. А вот родное «гепеу» - вполне мог бы представлять! Так что не всегда – если в кране нет воды, значит выпили… Вот такие Ивановы первыми и выцедят всю эту пресловутую воду!».
В приемной «замов» властвовала Екатерина Сергеевна. Приятная, моложавая дама лет пятидесяти. Стройная, даже поджарая, всегда в хорошем костюме, с оптимальной длиной юбки – когда красивые колени уже видны, а вот дальше – нет! Как гласит избитая фраза – «со следами былой красоты на лице». Но здесь эта красота все еще была на лице секретаря.
«Вполне себе приятная женщина, у которой возраст спрашивать постесняется даже совсем уж глупый и невежественный мужчина!».
Екатерина Сергеевна приветливо кивнула Ганину с Плеховым, и негромко сказала:
- Там сейчас Васильев со своими. Подождите несколько минут!
Усевшись на стул, Плехов ненавязчиво посмотрел на секретаря:
