Сны призрака полностью

Диранст протянул Квалину фотографию. Именно фото — плоское и порядком выцветшее. И все-таки на нем можно было разглядеть причудливое сооружение. По бокам его стояли две круглые серо-серебристые колонны, блеск которых напомнил Михаилу коридоры «Призрака». Между колоннами располагались массивные ворота, разделенные едва различимой линией, которая прерывалась посредине, — там виднелось круглое отверстие, окаймленное блестящей полосой. Поверхность ворот была исцарапана, сплошь покрыта трещинами, сквозь которые проступали символы — то ли древние иероглифы, то ли просто комбинация линий, кружков и многоугольников. Квалину они напомнили переплетение труб в большом зале «Призрака».

— Эту штуку строила та же цивилизация, — сказал он. — Где это?

— Скоро мы к ней прилетим. А теперь взгляни сюда.

Ученый показал разведчику свежий снимок «Призрака», и тот хлопнул себя по лбу. Иероглифы не просто напоминали космическую громадину — это и была она, а вернее, упрощенное ее изображение: полусфера с нарушающими форму выступами.

— Как ты понимаешь, — сказал Диранст, — когда я впервые это увидел, о «Призраке» еще никто не слышал. Товарищ показал мне снимок и сказал, что это на Земле. Я, конечно, сразу захотел посмотреть. Мы прилетели на место — надо сказать, оно безлюдное, тому есть вполне земные причины. Вживую, конечно, она еще более потрясает. Вот здесь по бокам, за колоннами, идут две стены. А крыша под уклоном спускается вниз и метров через десять исчезает в земле. Похоже на вход в подземный бункер, на первый взгляд ничего особенного — такой могли у вас и в двадцатом веке построить. Но что возле этой штуки вытворяли эккумундивные датчики! То они чуть не зашкаливали, то падали до нуля — как будто там, за воротами, переменный источник. Звучит абсурдно, я понимаю, это мы сами термин придумали. И, конечно, нам хотелось попасть внутрь. Но ворота ведь закрыты, а как их открыть — ни малейшей идеи. Мы уже все кругом просканировали — получалось, что там действительно бункер на добрую сотню метров. Проблема в том, что сканеры сквозь металл не брали — было похоже на экран. Потом мы это проверили и подтвердили: фиксированное минус-поле на уровне всего-то миллиметра вглубь. «Эккумайнс» пускай подохнет от зависти! Но дело вот в чем: мы чуть позже разобрались, отчего шалили датчики. В дырке посередине поля нет — вот через нее они и ловят активность. Вернее, там не совсем дырка… про это я чуть позже скажу. Коллега предложил рвануть в ней заграв — вдруг удастся разомкнуть поле. Я сказал, что нам такие методы не годятся. Кто ее знает, как она отреагирует, там может быть защита и все что угодно. Или наоборот: разнесем что-нибудь жизненно важное, и вся конструкция взлетит на воздух. Он вроде согласился, и мы улетели, потому что больше ничего сделать не могли. А потом, через неделю, мне сказали, что мой товарищ куда-то умотал и никому не сказал ни слова. Но я сразу догадался — он же всю неделю постоянно про эту штуку вспоминал. В общем, я тут же полетел туда… нашел возле ворот обгоревшие остатки его машины. От него самого почти ничего не осталось, даже чтобы похоронить. На меня это тогда здорово подействовало.

— Представляю, — сказал Квалин.

— С тех пор почти шесть лет прошло. И все это время я про него даже не вспоминал. Пока мне не попался голик «Призрака» и я не сопоставил два снимка.

— «Интера» знают об этом? — спросил Михаил.

— Странно, но похоже, что нет. Иначе как минимум поставили бы там кордон. У наших все это давно осело в архиве, так что, возможно, перекупленные ничего не рассказали. Но сейчас, когда началась заварушка с «Призраком», они могут и вспомнить… Если еще не вспомнили. Потому я и не хотел говорить, пока ты не сядешь в машину.

— Еще бы. Без ключа им не на что надеяться.

— Ты заметил, да? Вот эта красная полоса вокруг дырки — и такая же на ключе.

— Еще бы я не заметил! Слушай, а она там мигала?

— А как же! Причем самые большие скачки на датчике обычно попадали с ней в такт. Меня вот что волнует: достаточно будет просто вставить ключ? Или нужна какая-то комбинация вспышек? Боюсь, скорее второе…

— И это все, что тебя волнует? — усмехнулся Квалин.

— Нет, ты понимаешь: конечно, я не представляю, что нас ждет, когда мы в нее войдем… — Разведчик обратил внимание, что Диранст сказал «когда», а не «если». — Но я предпочитаю работать с известными проблемами, а не выдумывать десятки неизвестных.

— А меня волнует, откуда Мэри узнала, что у меня был ключ. И откуда ты узнал?

— Профессиональный секрет. — Диранст улыбнулся. — Потом как-нибудь расскажу.

— А «Хейгорн»? Они что знают?

— Думаю, не меньше, чем «интера». Но ведь у них всем этим занимался Имак Чанхиун — главный специалист, который из окна вывалился. А они с Хейгорном не очень ладили, так что тут вопрос сложный…

— Значит, ты хочешь войти и посмотреть, как там внутри все устроено? — спросил Квалин.

— Именно. А ты разве нет?