Алиса Симонян, наш юный начальник штаба, – чудесная, тонкая, умная девушка. На мой взгляд, она просто-напросто несколько лет своей жизни положила на алтарь Отечества, работая за идею, без ожидания наград и высоких благодарностей. Игорь Сосин – финансист, с первых дней подготовки Олимпиады ставший незаменимым экспертом по всем экономическим вопросам, которые обсуждал наш совет. Президент В.В. Путин за эту работу вручил в Кремле Игорю диплом «Заслуженного экономиста России». Аргументы члена совета – самого авторитетного Михаила Миленина побуждали менять порой решения и строителей, и власти города. Иван Савин, Геннадий Глазырин, Роберт Паранянц, Сергей Сокольский, Надежда Козлова, Акоп Кочканян, отец Иоанн, Алексей Храбан, Аслан Мамишев, Александр Карелин, Теймураз Лобжанидзе, Михаил Хубутия. Список у меня большой – светлые головы, истинные граждане города Сочи стали моими близкими друзьями. Нас породнило чувство любви к своей малой родине.
А сегодня еще более молодое поколение моих земляков тоже рядом со мной.
Я, к счастью, ощущаю себя частью этого молодого сочинского братства.
Семья Баликоевых дружила с моими родителями, когда внимание и участие молодых Бориса и Мадины было неоценимо. Хвори обступали нешуточные. Мы с братом далеко, а Мадина – врач от Бога. Нам было поспокойней.
Вот они и стали по-настоящему членами нашей семьи. Сегодня уже три поколения Баликоевых самые близкие для меня люди.
На моем веку родилась Таня. Сегодня она блестящая пианистка, солистка квартета имени Рахманинова. У Тани подрастает дочь Милана, юное дарование, в чей талант верю не я один.
В конкурсах скрипачей, пока еще городских и краевых, она просто блистает.
Маргарита Торшина, ее мама Жанна Сергеевна… Говорят, со стороны мы видимся родственниками, столько тепла в наших отношениях.
Особое место в моей жизни занимает Евгений Клебанов. На его долю выпали немалые испытания. Но он остался добрым, веселым человеком. Рядом с ним становишься сильнее. Любимец города. Эта честь не каждому выпадает в наших краях.
Михаил Микшис, основатель сочинского частного телевидения, лауреат премии «ТЭФИ», Алла Журавлева, ее сын Максим – журналисты, имена которых известны всей стране. Елена Микшис – издатель, она представляла ТАСС в регионе. Отважная, яркая женщина, готовая все начинать с нуля. И творчество, и бизнес, и судьбу.
Габро и Верочка Пруидзе, их дети, невестки, внуки. Их дом в горах, всегда открытый для друзей. Он смотрит окнами на обелиск.
На обелиске фамилии: Пруидзе – 42 солдата, не пришедшие с войны деды, дяди, братья… Весь практически род. Имена погибших на фронтах соседей: Учадзе – 27 человек, Руденко – пятеро, Пашковы – трое, Романовы – трое, Марусидзе – девятнадцать. Почти все грузинское село овдовело, лишилось наследников, сыновей и братьев.
Работая в сенате, всегда чувствовал, что у меня замечательная помощница в Краснодарском крае – Людмила Александровна Лазаренко. Не только хорошая журналистка, блестящий организатор, но и душевный, чистый человек, посвятивший себя идее порядочного жизнеустройства родного края. Я видел, чего стоило ей, маме двух девочек, мотаться по делам Совета Федерации по всему краю. А в Сочи организовывать работу нового Общественного совета города. И вести мою избирательную кампанию…
Вот так, через два поколения, мы, сочинцы, оказываемся рядом. Думаю, и в других шумных или застенчивых городах России прослеживается такая связь времен, если у людей есть цель и понимание долга…
Работа ради общих интересов прибавляла нам сил, когда уставали, делала молодых мудрее, а у меня отнимала время, но не прибавляла лет.
И я убеждался, что в России надо прожить долгую жизнь, чтобы наконец стать молодым.
Возможно, ошибочно, а возможно, единственно правильно (опыта не было), но в МГУ имени Ломоносова нас обучали газетному делу по добротной академической методике. Мы должны были постигать основы разных гуманитарных наук, знать историю журналистики, владеть великим и могучим. Я учился не слишком усердно. Вероятно, потому что невозможно было усидеть на студенческой скамье, когда в каждой факультетской многотиражке сообщалось о публикациях в большой прессе старших по возрасту однокурсников. Рвался попробовать себя в профессии и я.
Приближалась производственная практика. Вдруг счастливо открылась перспектива пройти ее в «Комсомольской правде». Это был предел мечтаний! Очень хотелось напечататься в лучшем для меня издании, ощутить подлинную журналистскую удачу.
Целая толпа 19-летних второкурсников взметнулась по мраморной лестнице на 6-й этаж газетного здания по улице Правда, 24. Прибежали в просторный холл, уставленный по гостеприимному чину креслами. Осмотрелись. Холл заливало солнечным светом, ибо вся наружная стена состояла из стекла. Диковинный конструктивизм 30-х годов. Длинный коридор с выбоинами паркета периодически наполнялся быстрым перестуком дамских каблучков. Да и мужской народ сновал мимо нас без устали.
