- А для чего к вам приезжал Ильин? Что-нибудь случилось?
- Он интересовался, как мы придумываем детективные сюжеты и откуда так хорошо знаем работу милиции.
Почему-то его это очень интересует. Вообще ваш коллега Ильин производит хорошее впечатление, начитанный, всем интересуется. Спрашивал, кто из работников милиции нас консультирует.
- И что вы ему ответили? - напряженно спросила Настя.
- Что мы ничьими консультациями не пользуемся.
- А Ильин не предложил вам свои услуги в качестве консультанта?
- Нет, - голос Богданова звучит ровно и чуть удивленно. - Какой странный вопрос. А что, он должен был мне это предложить?
- Нет-нет, я просто так спросила. Вы не беспокойтесь, я передам Петру насчет книги.
- Всего доброго, Анастасия Павловна.
- До свидания, - пробормотала она.
Петя Ильин. Какого черта он сунулся к Богданову со своими вопросами? Ведь решено же было не трогать соавторов до поры до времени, не пугать их разговорами о материалах журналиста Нестерова. Конечно, Петька про материалы впрямую не спрашивал, действовал с подходцем, дескать, откуда вы так хорошо знаете нашу работу, да как ловко вы все это придумываете, в надежде услышать в ответ, что есть материалы, в которых много чего написано… Или хотя бы слова о том, что вот Катерина у нас все это придумывает… Или Вася. В общем, любой намек годится, от него можно отталкиваться.
Но зачем, зачем Петька это сделал? Какие лавры ему покоя не дают? Чего он хочет добиться? Мог же все испортить. А может, и испортил уже Он пришел проситься в группу, работающую по делу об убийстве Лаптевой. Сам пришел. И не месяц назад, а именно сейчас, когда убили Глафиру Митрофановну, и не где-нибудь, а в квартире знаменитого писателя Богданова. Он проявлял повышенный интерес к писателям, просил Настю дать ему возможность побеседовать с ними и даже открыто говорил о том, что ему интересно, откуда они берут хитрые сюжеты о махинациях в милиции и прокуратуре. Он все сказал, а она не услышала.
Сколько ему заплатили, гаденышу? Или не заплатили, а запугали? Нет, скорее заплатили, уж больно он жизнерадостный. Ожидание обещанных денег создает хорошее настроение, а шантаж - никогда.
Погодин и его люди велели Боровенко разбить стекла в машине Богданова, когда все соавторы будут вместе.
Глеб Борисович должен был обратиться в милицию, ведь машина застрахована, а без справки из милиции страховку не выплатят. Но он не обратился.
Тогда прислали игрушечную бомбу. И снова - тогда, когда они все вместе. Они должны были испугаться и вызвать милицию. И вызвали бы, если бы не Богданов, который был категорически против, а ссориться с ним никто не захотел.
И в том, и в другом случае все трое попадают в руки как минимум дознавателей, и можно завязывать с ними контакты и задавать любые вопросы. Найти среди работников милиции человека, который за деньги возьмется выудить у соавторов нужную информацию, - раз плюнуть. Главное, чтобы все было естественно и не вызывало подозрений. Можно было бы просто разыграть спектакль и познакомиться со всеми троими, но какая разница? Что так спектакль, что эдак. А работник милиции - это человек, на вопросы которого как-то неловко и опасно не отвечать, даже если они не относятся к делу.
Так что вариант получался беспроигрышный.
Но не складывалось. Богданов не хочет связываться с милицией. Значит, надо его заставить. Надо сделать что-то такое, после чего появление милиционеров станет совершенно неизбежным.
Господи, до какого же цинизма надо дойти, чтобы ради такого дела убить старуху? Можно было бы обокрасть квартиру, ведь ключ у них был. Правда, поняв крутой нрав Глеба Борисовича, они не могли быть уверены, что он заявит о краже. И скорее всего он не заявил бы.
А убийство - это наверняка. Слишком большую ценность представляют для Погодина материалы Нестерова.
Что он собирается с ними делать? Понятно что - шантажировать тех, кто является героями этих материалов и пока уцелел. Вымогать у них деньги. Или выгодно продать материалы каким-нибудь предвыборным штабам, ведь совсем скоро выборы в Госдуму, а через четыре месяца - президентские. На такие материалы спрос будет огромным, и, умело торгуя ими, можно стать миллионером, да не рублевым, а условно-единичным, евро-долларовым.
Что же делать с Петькой? Надо срочно что-то придумывать, надо как-то отслеживать его разговоры, передвижения, контакты, надо выяснить, кто дал ему поручение и обещал заплатить, перед кем он отчитывается. Но она так устала, что уже не в состоянии ничего толкового придумать. Пусть думают те, у кого голова лучше работает.
Настя сняла трубку и позвонила Короткову на мобильный.
- Ты где, Юр? Где я тебя застала?
- В дороге, подъезжаю к дому.
- Ты мне срочно нужен.
- Ася…
- Это правда очень срочно. И очень важно. Без шуток. Если ты устал и не хочешь никуда ехать, я сама приеду.
- Да ладно, ты же ночь не спала, куда тебе ехать, - безнадежно ответил Коротков. - Выходи через полчаса, я подъеду, отвезу тебя, заодно и поговорим.
