Лазоревые бабочки с сиреневыми разводами на крыльях вспорхнули и яркой стаей унеслись ввысь. Цветочная поляна на мгновение опустела. Но кусты дрогнули, и из них выбежал небольшой зверек, похожий на маленькую антилопу. Его гнутые рожки отсвечивали золотом, а влажные карие глаза смотрели ласково и доверчиво. Он высунул розовый язычок и потянулся к ярко-красному бутону.
Из недр цветка вылетело гибкое прозрачнокрылое насекомое и принялось виться над головой зверька, потом появился еще один такой защитник, еще… Вскоре несчастную антилопу окружала уже туча насекомых. Громко всхлипывая и мотая головой, зверек понесся обратно в прохладную зелень леса.
— Нет! — пискнула Ждана, сбрасывая шлем. — Ничего он не понимает! Они его поцеловать хотели, а он испугался.
Высокая женщина с коротко стриженными темными волосами обняла девочку.
— Их слишком много. Ты бы тоже испугалась. — Глаза ее искрились смехом. — И папа, спорим, тоже.
— Для первого раза неплохо, — отозвался мужчина, бережно сворачивая шлем-маску. — Это действительно не так просто.
— А у меня в первый раз были такие большие птицы, — Рада мечтательно раскинула руки. — Они летали высоко-высоко. Но внезапно началась гроза… — Тут ее голос смущенно затих. — В общем, девочка, главное — не останавливаться.
Женщина подошла к стене и выключила экран. Потом она провела по нему рукой, надеясь почувствовать рожденное чужой мыслью. Эта привычка появилась, когда Рада повзрослела — перестала создавать только свои миры и переключилась на общие. Слов нет, они были гораздо лучше приспособлены для жизни, но какие-то однообразные. А с рождением ребенка и эта возможность творчества исчезла. Теперь женщина могла только со стороны наблюдать и пытаться советовать. «Впрочем, без советов живется гораздо легче», — подумала она.
Потом они пошли в каюту отмечать первый созданный Жданой мир. Был высокий торт с одной свечкой и чай с ароматом неведомых цветов — папа сказал, что это еще из старых запасов.
— Ходят слухи, — сказала мама, — что все первые миры носят довольно странные названия: Ах, Ой, Уйди и даже Какой Кошмар.
Ждана обиженно засопела. Папа погладил ее по голове, поправил вылезшую из косички прядь волос.
— Это приходит со временем. Ты сама почувствуешь, какое слово произнести. Сначала надо уметь его услышать.
В этот вечер Ждана засыпала долго, ворочаясь и пытаясь вспомнить, как же это должно быть… Как оно получается у старших — четкие, ясные, правильные миры, с хорошей сетью дорог, гостиницами и больницами. Запрет есть только на создание человека, а все остальное можно без ограничений. Увы, вспомнила девочка сегодняшний конфуз и поморщилась, все-таки есть правила, которые просто так не нарушишь.
Придется учиться, вздохнула она. Ведь когда люди становятся папами и мамами, они уже не могут летать по новым мирам. По своим старым — сколько угодно. Ждане очень нравился мамин мир Эстерганда, там есть высоченные сосны с медно-рыжими стволами, а на закате лес пламенеет… Солнце там такое, что свет отдает едва заметной краснотой. Мама любит осень.
Папа предпочитает зелень и тишину, но его миры Ждане не очень пришлись по душе. Там слишком сумрачно и сыро, животные ленивы, бывает даже так, что в их шерсти растет мох Хотя девочка полюбила водяные орехи, которые растут только там, они по вкусу и по виду напоминают засахаренную сливу.
Второй, третий и четвертый Жданкины миры были не так занимательны, она понемногу училась выстраивать цепочки образов, с которых все начинается. Ее не привлекали стандартные общие решения, которых было полным-полно во Вселенной. Девочка искала нечто — только оно никак не находилось.
Однажды мама сказала, что у ее старой подруги есть сын, у которого сразу получился первый мир. Ждана поморщилась Она не верила, что с первого раза может получиться что-то путное.
— А давай съездим к ним, — предложила мама.
Потом были долгие попытки связаться — через знакомых, через письма, и, наконец, Ждана с родителями полетела на корабле в первый мир незнакомого мальчика Она раньше ни разу не была в чьих-то первых мирах — это самое дорогое, что есть у человека, хотя они и получаются из рук вон плохо.
Главное — они дарят желание творить дальше.
— Саша у нас стеснительный, он не любит играть с другими детьми, он все больше книги читает, — упоенно рассказывала тетя Надя. После вкусного обеда ее тягучий голос с непонятным выговором навевал сон. Тот самый мальчик появился, когда накрыли на стол, схватил тарелку и убежал. Папа с мамой слушали и, наверно, делали пометки, как вырастить гениального ребенка
— Но он такой ранимый, не может видеть ни птиц, ни зверей в клетках, сразу говорит: уйдем отсюда, им плохо и мне плохо.
— Наденька, как ты его обучала? — спросила мама.
Тетя Надя объяснила, всячески упирая на природные способности мальчика, и разговор опять потек в неинтересном Ждане направлении.
Она уже съела все, что было в тарелке, сложила нож с вилкой пятью способами, сделала три кораблика из салфеток, как прозвучало разрешение покинуть гостиную:
