«Собаки размещались по отдельным камерам в двух зданиях, служивших ранее карцерами дисциплинарного батальона. Добрая половина содержалась зимой в будках на привязи. Кормились собаки в течение года чрезвычайно однообразно: полужидкая овсянка (гречневая) каша на мясном бульоне. Мясное довольствие состояло из мяса плохого сорта и такого же качества. Сюда шли коровьи головы, ливера, требушины…
В сыром виде собаки не получали никакого корма, и это обстоятельство дурно сказывалось на взрослых собаках. Зарегистрированные случаи импотенции кобелей и сук мы не могли объяснить ничем иным, как только авитаминозом».
Особенно неблагоприятное положение складывалось в подразделениях связи стрелковых частей, куда направлялись собаки службы связи. Здесь их кормили всего один раз в день, иногда остатками пищи из солдатской столовой.
Вот что пишет в своем донесении начальник войск связи Приволжского военного округа:
«Собаки исхудали, во время занятий бегают отыскивать мослы, выходят из повиновения, теряют навыки, приобретенные в школе…»
Плохое положение собак в частях усугубляется тем, что начальники различных степеней не верят в возможность эффективного их применения.
Одному из лиц начсостава 43-й стрелковой дивизии была придана собака для посылки и передачи донесений. Вместо этого он посылает собаку обратно к начальнику связи с запиской:
«Пришли мне со своим псом кило пшеничного хлеба, я проверю, съест он его дорогой или нет».
Школы испытывали и другие большие трудности. Так, отсутствие в стране поголовья служебных собак затрудняло комплектование школ-питомников. Закупаемые в Германии собаки были мало приспособлены к нашему климату, часто болели чумкой, в то время особенно опасной из-за отсутствия лечебных средств. Собак закупали неспециалисты, поэтому среди хороших экземпляров часто попадались посредственные и даже просто непригодные.
О собаках отечественных пород не имелось почти никаких данных. Не было у нас в достаточном количестве и специалистов служебного собаководства.
Из старых специалистов в работе участвовали немногие. Среди них можно назвать известного собаковода К. Бондарюка. Его последним детищем был племенной питомник завода имени Ухтомского (г. Москва).
Первым начальником и организатором Центрального питомника-школы военных и спортивных собак был подполковник Евтушенко Никита Захарович (1924–1928).
