В устах Геннадия это выглядело даже в какой-то степени заманчиво. Наверное, так скупщики краденого искушают какого-нибудь коллекционера, чтобы он приобрел у них украденную статую или полотно. Вывесить его он никогда не сможет, но будет владеть им тайно. И сознание этого тайного обладания, возможно, для кого-то даже более щекочущее чувство, чем обладание явное. Неспроста же мужчины заводят себе любовниц, а женщины любовников. Дело тут не столько в плотских утехах, сколько в ощущении тайны, которая всегда завораживает.
Но дама сомневалась.
– Не знаю. Я должна посоветоваться с сыном.
– Разве вы не хотите сделать ему подарок?
– М-м-м… Хочу, конечно. Но я не уверена, что он одобрит покупку собаки на таких условиях.
– Когда Покер окажется у него, он одобрит его покупку на любых условиях!
– Думаете?
– Уверен!
– И сколько вы хотите за эту собаку? Помнится, сын предлагал ее хозяину чуть ли не триста тысяч. Я таких денег платить не намерена. Сто – это мой предел.
– Сто – это отличная сумма, – заверил ее Геннадий. – Но двести еще лучше. Поймите, я не могу с вами торговаться, потому что я всего лишь посредник. Тот, кто просил меня найти покупателя на Покера, назвал эту сумму.
– И все же я попытаюсь.
Дама кокетничала, Геннадий сыпал комплиментами. Торг между ними длился недолго. И уже через пять минут фальшивый Покер перешел в руки предприимчивой дамы всего за сто пятьдесят тысяч рублей.
– Вы сделали правильный выбор. Покер – это такая собака, что за нее и в десять раз больше отдать не жалко. Не скрою, у меня есть немало кандидатур на роль нового хозяина, но я остановился на вашей. Прекрасно помню, как вас сын хотел получить эту собаку. Уверен, что Покеру будет у вас хорошо.
Дама в ответ лишь хмыкнула. Мол, кто бы сомневался.
– Деньги я переведу вам на карту. Надеюсь, вы, как посредник, меня не обманете?
– Сразу же после того, как деньги поступят на счет, я передам вам документы на собаку.
– А что это у него за цифра на боку?
– Ерунда, – небрежно отозвался Геннадий. – Дети баловались.
– Я попрошу вас стереть эту цифру. Мне она не нравится. Кроме того, по ней собаку легко могут опознать.
– Разумеется. Собака перейдет к вам без всяких цифр и отметин. Также после того, как ваш сын порадуется покупке Покера, я попрошу вас привезти собаку ко мне, чтобы я мог перекрасить его в масть Гарольда.
После чего дама ушла, уводя на поводке Покера под номером один. Саша подумывал о том, чтобы заявить о своем присутствии, но тут оказалось, что сюрпризы этой ночи еще не закончились. Сочтя первый эксперимент с продажей поддельного Покера удачным, Геннадий начал названивать другим покупателям. Оказалось, что очень много народу в разное время изъявляло желание приобрести Покера в свою собственность. Среди них были охотники, владельцы собачьих питомников и просто страстные любители, которые были готовы отдать за чемпиона приличные деньги. И всем им Геннадий делал уникальное предложение. Купить знаменитого Покера за смешные деньги.
В общем счете у Гены получилась кругленькая сумма, что-то около полумиллиона. Каждый раз Геннадий говорил, что является всего лишь посредником. И каждый раз после его переговоров один из поддельных Покеров находил своего нового хозяина.
Пока шла распродажа «Покеров», Саша избегал даже смотреть на Лиду. Ему казалось, что она должна со стыда сквозь землю провалиться, что так ошибалась в Геннадии.
Но внезапно он услышал восторженное:
– Вот это да!
И обернувшись, увидел восхищенное лицо Лиды.
– Какой он оборотистый! – произнесла Лида, устремив на Сашу ответный взгляд. – Да? Скажешь, неправда?
– Ты что? Ты не понимаешь, что происходит?
– Прекрасно понимаю, – заверила его Лида. – Гена продает ничейных собак.
– Гена продает чужих собак!
– Они ничьи, – упорствовала Лида.
– Да еще он выдает каждую из них за Покера! А это уже откровенное мошенничество!
– Ты просто завидуешь, что не тебе первому пришла в голову эта замечательная идея.
Саша даже задохнулся от возмущения.
– Замечательная?! Ну, знаешь!
Он даже подумывал, а не треснуть ли ему Лиду, как это частенько случалось у них в детстве. Но памятуя о том, что в детстве чаще всего в драке доставалось ему самому, потому что Лида была и старше, и сильнее, он передумал с ней драться.
И лишь прошептал:
– Не ожидал от тебя такого отношения. Никак не ожидал! Это же подлость!
Но Лида в ответ заявила, что Саша совсем не разбирается в жизни. И что такие предприимчивые кавалеры, как Геннадий, нынче на вес золота.
– Кавалеры? Так ты что, передумала с ним рвать отношения?
– Если Гена так ловко распродал этих собак, представляешь, как у него хорошо пойдут дела с другим товаром! – воскликнула Лида и уставилась на Сашу в ожидании такого же восторженного отклика, не дождалась и продолжила: – Да у Геннадия просто природная коммерческая жилка. Ему надо вместо того, чтобы судить собак на каких-то собачьих выставках, заняться их продажей. У него это прекрасно получается.
Саша хотел прибавить, что продавать у Геннадия получается хорошо ворованных чужих собак, но вместо этого шикнул на Лиду:
– Тс-с-с!.. Тихо! Он идет сюда.
