Когда все закончили, Андрей нажал на кнопку у двери и над ней загорелась красная лампочка. Раньше я ее там не заметила. Он взял наши листочки, сфотографировал их и кому-то отправил. Надо же, у него была связь. Интересно, что у него за сотовый оператор? Мы сидели в ожидании чего-то не понятного. Через несколько секунд лампочка над дверью загорелась зеленым цветом. Андрей молча подошел к двери, опустил вниз дверную ручку и открыл дверь.
– Вы закончили первое задание. Можете пока разойтись по своим комнатам. Через три часа нужно снова собраться в большом зале.
Мы все молча вышли и пошли как зомби. Наверное, просто все это стало для нас чем-то непонятным. Ведь изначально мы ехали на обучающий тренинг и собеседование. Я, например, видела это так: народ собирают в аудиториях, лектор рассказывает что-то по своей теме, мы всё записываем. Потом снова лекция. Где-то с практическими заданиями. По итогу с нами разговаривают. Может, мы сдаем какой-нибудь тест. Но никак я не представляла соревнования на выбывание. Я надеялась, что даже не получив работу, я смогу поучиться чему-то новому, познакомиться с интересными людьми, наладить служебные контакты. А тут мало того, что мы в запертой комнате в составе маленькой группы. Так мы еще и все соревнуемся между собой. Даже не смотря на то, что у нас разные специальности. О каких налаживания связей тут можно говорить?
Глава 2. Испытание войной
Я сидела в комнате Олеси и Максима. Было странно, что им разрешили жить вместе. Это же не курорт с номером для новобрачных, а тренинговый центр, набирающих рекрутов для работы. Но это было очень мило. Они сидели на одной кровати, я на другой. Максим обнял ее за талию и уткнулся носом в ее шею. А Олеся положила свою голову на его. Я видела их и немного начала завидовать. Я остро почувствовала желание тепла. Тоже хотелось обнять кого-нибудь, поцеловать. Но лучше об этом не думать. Хотя я обычно далека от этих романтических потребностей и никогда не страдала от отсутствия рядом с собой мужчины, меня это не сильно задевало. Но тут, почему-то, я ощутила свое одиночество.
Все три часа мы сидели и разговаривали ни о чем. Максим рассказывал разные интересные истории. Мы смеялись до коликов. Он говорил о своей работе, о том, как путешествовал по стране и что с ним приключалось за это время. Олеся вспоминала о совместных с Максимом поездках в поезде и о своих увлечениях виртуальным миром. Мы не заметили, как прошло три часа. У нас зазвонил будильник, который Олеся поставила, чтобы не пропустить следующий тур. И тут в комнату постучались. Максим встал открыть дверь и в дверном проеме мы увидели Андрея. Он стоял, смущаясь, что было странно для него. Ведь еще недавно он был серьезным тренером, которого нельзя было смутить ничем.
– Ребят, следующий тренинг перенесли еще на час. Точнее он будет еще через час.– Андрей стоял в проходе и переминался с ноги на ногу. Было ощущение, что он хочет зайти, но боится об этом сказать.
– Андрей, хотите с нами чайку попить? – Олеся как раз нажала на кнопку электрического чайника. Он начал шуметь и она вернулась на свою кровать. – У нас есть очень вкусное печенье.
Я удивлялась ее легкости начинать разговор с малознакомым человеком. Я тоже жутко хотела пригласить его к нам, чтобы пообщаться в не формальной обстановке, но не решалась. Это было как будто не уместно. А у Олеси это было так просто, что Андрей с легкостью согласился. Он взял стул, стоящий у стола и поставил его между кроватями. Получилось, что мы сидим небольшим кругом.
– Андрей, расскажите пожалуйста о себе, чем вы занимаетесь в компании?– Олеся перекинула ногу на ногу и обхватила колено руками. Она напомнила мне телеведущую, которая берет интервью у какой-нибудь известной личности.
– Ну, я работаю в компании 7 лет. Сначала начал веб-дизайнером, потом начальник отдела увидел в социальных сетях мои фотографии и предложил должность фотографа. Теперь я работаю за двоих. И сайты оформляю и снимаю рекламу. Работа интересная, коллектив хороший, зарплата достойная. – Андрей говорил сбивчиво, как будто боялся сказать лишнего. Не знаю, может интуиция мне подсказывала, но было в его словах что-то настораживающее. Какая-то недосказанность. Как будто он хранил тайну, которую не мог рассказать, но очень хотел, чтобы мы ее разгадали.
