Доказательством Ганусяка являлось предполагаемое служебное удостоверение Демьянюка из учебного лагеря Травники, где в годы войны проходила подготовка охранников концлагерей из числа украинских и прочих восточноевропейских добровольцев. Согласно этому удостоверению, Демьянюк был направлен в Собибор 27 марта 1943 года; Треблинка в документе никак не упоминалась. «Оригинал» документа был предоставлен советской стороной израильской юстиции лишь в декабре 1986 года, когда Демьянюк уже отсидел восемь месяцев в иерусалимской тюрьме.
Дитер Ленер провел подробное исследование документа, убедительно доказав, что это грубая фальшивка.376. Интересующихся подробностями мы отошлем к его труду, а сами удовлетворимся лишь некоторыми самыми важными моментами.
1. С технической точки зрения в удостоверении присутствуют явные несовпадения:
2. Согласно удостоверению, Демьянюк 22 сентября 1942 года был откомандирован в поместье Окзов (L.G. Okzow), а 27 марта 1942 года — в Собибор. Ленер заметил, что в этих графах не указано, когда закончились эти его «командировки». Была ли у него между этими двумя или после них еще и третья командировка — доказать невозможно. Из этого он делает вывод:
Другими словами, с одной стороны — удостоверение было грубой фальшивкой, которую легко разоблачить, с другой — даже будь оно настоящим, в нем нет никаких указаний на пребывание Демьянюка в Треблинке.
Каким образом в КГБ, где всегда хватало опытных изготовителей фальшивок, смогли допустить такую грубую ошибку, остается загадкой, — а кроме советской секретной службы других подозреваемых в создании документа не могло быть.
Хотя в то время УСР могла опираться лишь на копию, да и само по себе удостоверение никак не доказывало пребывания Демьянюка в Треблинке, оно решило принять его как доказательство. После того как Демьянюка еще в 1981 году лишили американского гражданства, в феврале 1986 года его выдали Израилю — государству, которого во время существования Треблинки вообще еще не существовало!
Год спустя, в феврале 1987 года, начался процесс. Первоначально планировалось провести его на футбольном стадионе, но впоследствии израильские власти выбрали в качестве зала судебного заседания кинотеатр. Средства массовой информации неустанно раздували истерию вокруг процесса, а в израильских школах освещение хода процесса стало обязательным предметом.
Личность самого Ивана (Джона) Демьянюка сама по себе столь же мало интересовала израильтян, как и СССР. Прежде всего главной целью процесса было поддержание и усиление психоза преследования среди евреев вне Израиля и внутри него, чтобы побудить их к безоговорочной поддержке израильского государства, как единственной защиты всех евреев и гаранта от угрозы нового холокоста. Кроме того, открывалась прекрасная возможность отвлечь внимание мировой общественности от варварской политики Израиля по отношению к палестинцам. И наконец, показательный процесс идеально подходил для разжигания ненависти к украинскому народу, к которому, по словам тогдашнего председателя израильского Кнессета Дова Бен-Маира, у евреев были свои давние и до сих пор неоплаченные счета.
