– Ах, малыш… – женщина сделала глоток чая и завела рассказ: – Сперва полиция считала, что ты попросту сбежал из дома с кем-то из знакомых. Но твоя мама не верила в это, да и все соседи тоже. Спустя недели две нашелся человек, который видел, как тебя силой усадили в большую черную машину и куда-то увезли. В полиции сказали, что по горячим следам искать уже поздно. И начались дни ожидания. Соседи, посетители кафе, в общем, все, кто знал твою маму и тебя, пытались найти хоть что-то, какие-то улики, но все безуспешно. Ты просто исчез. – Аяме сделала еще глоток и продолжила: – Кейко ушла с работы. Она ждала, вдруг позвонят преступники, или ты сам вернешься. Мы были готовы собрать для выкупа любую сумму. Но никаких звонков и требований. Месяц спустя или чуть больше, средь бела дня, к твоей маме пристали какие-то подозрительные люди. Она подумала, что это похитители насчет выкупа. Но оказались просто хулиганы, которых спугнула проезжавшая мимо машина.
Заметив навернувшиеся на синих глазах слезы, женщина выдержала паузу. Она и представить себе не могла, как разрывает душу Хидео упоминание этого инцидента. Парнишка знал о попытке нападения, ведь он был в той самой машине.
Хидео взял себя в руки, а женщина опять заговорила:
– Больше ничего не происходило. Ни полиция, ни просто сочувствующие ничего не обнаружили.
– Что… случилось с мамой?
У Аяме задрожали руки, и она поставила чашку на стол.
– Твоя мама заходила ко мне каждый день где-то в три часа. Восемь недель назад была мерзкая погода. Когда твоя мама не пришла, я подумала, что она занята. Но через час я заволновалась и позвонила ей. Телефон оказался недоступен. Я пошла к вам домой. Кейко лежала в гостиной на полу, дышала, но была уже очень плоха. Помощь приехала быстро, а через несколько часов твоя мама…
– Умерла. – Слеза покатилась по щеке Хидео, и Аяме тоже заплакала.
– Да, малыш… Сердечный приступ.
Повисла пауза. Часы на стене показывали половину двенадцатого. Хидео опомнился.
– Аяме-сан, простите, что я так поздно. И простите, что пытался вломиться в дом. Вы, наверное, его уже сдали. – Он догадался, что чуть не сделал большую глупость.
– О, не беспокойся! Твоя мама до… В общем, после твоей пропажи она стала платить на несколько месяцев вперед. Боялась, что ты вернешься, а ее не будет. И где ты тогда первое время станешь жить? Да, а где ты сейчас живешь?
– В приюте. У меня нет родственников. Я отпросился, но немного заблудился в городе, поэтому так поздно пришел.
– Ну, возвращаться среди ночи точно не стоит. – Женщина подошла к комоду и достала ключи.
– Держи. Я убиралась пару раз, все вещи остались на своих местах. Дом в твоем распоряжении ближайшие полгода.
– Спасибо, Аяме-сан.
Крепко сжав ключи, Хидео покинул сердобольную женщину. Его руки дрожали, и он никак не мог открыть замок. С третьей попытки дверь отворилась, и парнишка сделал шаг внутрь. После многих месяцев безвестности он наконец-то был дома.
Перешагнув через порог и закрыв за собой дверь, Хидео очутился в темноте и звенящей тишине. Подавив желание крикнуть: «Мама, я дома!», он нащупал на стене выключатель, и прихожую залил мягкий свет. На этажерке стояли три пары тапочек. Белые предназначались для гостей, Кейко любила домашнюю обувь нежно-розового цвета, а сыну всегда покупала светло-серую. Хидео взял с полки новую пушистую пару, и та пришлась ему впору.
Массивная лестница вела на второй этаж. Слева от нее располагалась небольшая гостиная с двумя окнами, которые выходили на проезжую часть. Остановившись на пару секунд у входа, Хидео прошел на середину комнаты и сел на диван. Он неспешно огляделся по сторонам. Обстановка почти не изменилась, но прибавилась одна существенная деталь: Хидео насчитал около десятка своих фотографий, расставленных везде, где это возможно. Большинство из них были сделаны незадолго до его похищения. Подростка охватила неловкость, и он поспешно отвернулся от собственных изображений.
На высоком столике рядом с диваном стояла пустая ваза.
«Мама очень любила хризантемы», – Хидео вспомнил цветы, с малолетства напоминавшие ему маленьких пушистых овечек. Его внимание привлек блокнот в простенькой обложке, который лежал рядом с вазой. Записей в нем почти не было, только несколько телефонных номеров на первой странице.
Когда Хидео перелистывал блокнот, оттуда выскользнула фотография и улетела под комод, стоящий напротив дивана. Чтобы ее достать, парнишка лег на пол и заметил, что между стеной и мебелью что-то лежит. Подняв снимок, Хидео подошел к комоду сбоку и извлек таинственный предмет. Им оказался мобильный телефон с разбившимся, видимо, от удара, экраном. Попытка включить аппарат не увенчалась успехом: он никак не реагировал на нажатие кнопки. «Может быть, надо зарядить», – подумал парнишка и, отложив сломанную находку в сторону, вернулся на диван.
