Кивнув, я не обратил внимания, как София исчезла. Меня интересовал паук. Особь размерами где-то мне по пояс — как очень крупная собака. Здесь работал блокиратор, который не давал тваре переместиться. А Софии, значит, выдали ключ, чтобы она могла свободно прыгать.
Создав печать, я взялся за анализ. Посмотрим, что тут у нас...
***
Девушка явилась через двадцать минут, как и просил.
— Готово?
— Да. Перенеси туда, где видели этого паука. Новые случаи нападения были?
— Пока нет.
— Хорошо.
Никогда не был внутри метро. На самих поездах катался, помню, как они меня впечатлили, а внутри не бывал. Ну да посторонних сюда и не пускают. Темно, внизу рельсы, потоки ветра гуляют — так-то ничего интересного, но опыт специфический.
— Здесь никого?
— Нам очистили место.
Ага, значит, подготовились. Не удивлюсь, если княжеская семья просчитала, как меня использовать в тех или иных случаях, и составила протоколы действия.
— Тогда приступим.
Заготовки я использовал для того, чтобы записать полученные данные. Также я от паука отделил небольшой кусочек, чтобы использовать алхимию подобия. Добавляем к этому поисковую печать, вливаем энергии побольше и....
— Есть отклик, — поделился я, но тут же замер, — Ещё один... Ещё... Ещё... Твою мать...
— Что такое?
— Их здесь сотни.
— Твою то мать! — выругалась и София.
— Давай проверим. Ближайший метрах в тридцати.
— Ты уверен? Я могу вызвать группу зачистки, — потянулась девушка к рации.
— Я уничтожал особей и покрупнее. С мелочью уж точно справлюсь.
— Это ты про какую особь?
— Которая у института скакала. Ваши гвардейцы оказались на удивление бесполезны.
— Я передам отцу, — пообещала София. То ли поддеть так хотела, то ли слова про гвардейцев возмутили.
— Передай. Пусть премию мне выпишет, — не растерялся я.
— Веди уже.
Снова запустил печати и отследил, как изменились положения точек. Какие-то сдвинулись, но большая часть — нет.
Идти оказалось чуть дольше, чем я ожидал. Мы прошли вперед, натолкнулись на развилку, повернули, а потом ещё минут пять блуждали во тьме. София притащила с собой фонарь и высвечивала отдельные объекты, но этого было маловато.
— Где-то рядом, — сказал я.
— Ничего не вижу.
— Сейчас...
Новая печать и, используя алхимию подобия, я притянул к себе... яйца. Те скопом вылетели откуда-то снизу.
— Что это? — дернулась София.
Дернулась — в смысле оказалась в трёх шагах от меня. Я и не заметил, настолько быстрым вышло движение.
— Кладка. Мы нашли кладку.
Одно из яиц я успел перехватить. Остальные упали под ноги. Дергал я не слишком сильно, поэтому и пролетели они метра три всего.
Совсем крошечные на фоне родительской особи, яйца были размером с кулак. В свете фонаря, когда София поднесла его, смогли разглядеть зародыш внутри. Скорлупа темная, с металлическим отливом. Создал ещё печать и проверил. Да, это металл, но какой-то странный.
— Дай посмотрю, — попросила девушка.
Отказывать я не стал и передал яйцо. Сам наклонился и принялся выискивать, где же они лежали. Печать притянула далеко не всю кладку. Вскоре нашёл «гнездо». Яйца шли не поверху, как мы поглядывали, а вдоль рельс, между ними. Их оплетала тонкая паутина. Нагнувшись, я разглядел металл.
Раздался хруст и то яйцо, которое София держала в руках, пошло трещинами. Я вернулся назад и успел разглядеть этот момент. Оттуда показалась сначала одна маленькая лапка, вторая... А потом снова раздался хруст, когда София выпустила яйцо, то шмякнулось об пол и в следующий миг нога девушки опустилась на него, давя.
— Оно же из металла, можешь порезаться.
— Ты бы лучше о другом думал, — ответила девушка и потянулась к рации, — Приём, приём... А, черт, здесь не ловит. Соколов, надо уничтожить яйца и передать новость.
— Ты переместись к своим и передай, а я пока яйца изучу.
— Опасно тебя здесь одного оставлять.
— Опасно дать паукам разбежаться, — прямо на наших глазах ещё одно яйцо треснуло. — Давай быстрее. Если я правильно понимаю, то эти твари успели отложить сотни яйц. А может и тысячи.
София промолчала и исчезла. Я наклонился над третьим яйцом и дождался, когда ещё один уродец вылезет. Убивать не стал. Подождал, пока тот, вяло трепыхаясь, не доковылял до раздавленных яиц и не начал их жрать.
Хм... Получается, скорлупа это не только место созревания, но ещё и способ перекусить после рождения? Да и паутину тоже наверняка сожрут. А потом, окрепнув, начнут поглощать металл вокруг себя. Ну и органику тоже. Помнится, людей взрослые особи жрали за милую душу.
— Какой же у тебя период созревания, дружок? — спросил я вслух.
Не думаю, что прошло больше пары часов с момента появления пауков здесь. А значит... Значит они успели за пару часов отложить кладку, а та успела вызреть. Пугающая скорость воспроизведения... армии.
— Ты этого уже не узнаешь. — раздался чужой голос.
Я вскочил, разворачиваясь, но не успел. Что-то в меня врезалось, схватило и со свей дури приложило спиной о рельсу. Раздался хруст. На этот раз моего позвоночника. Я бы заорал, но грудь сдавило так, что вырвался лишь хрип.
Что-то дернуло и защитный шлем слетел с меня. На лицо опустилась рука с тряпкой, закрывая рот.
