— C’est effarant… — с придыханием сказала графиня.
— С’est pour vous, — протянул я ей камень и вернул кольцо.
— Это просто невероятно! Алексей вы удивительный молодой человек! — графиня с восторгом разглядывала камень.
— А кстати, Петька то в дела отца вливается? С ними все живет? — спросил Смирнов.
Графиня моментально поменялась в лице. Отложила камень и пыталась изобразить что-то вроде улыбки, но ей не удалось.
— Петр с ними не живет, — спокойно ответила она.
— Не уж-то от родителей наконец-то съехал? Куда?
— А тебе зачем? — строго посмотрела на Смирнова тетя.
— Проведать его хотел.
— Не стоит…
— Почему? — включился в разговор я.
— Только не говорите, Алексей Павлович, что вы приехали вести дела с этим мутным типом.
— Вести дела я с ним точно не собираюсь…
— Беда конечно с этим парнем. Всегда непутевый был… — вздохнула графиня.
— Так, а что случилось то? — уточнил Смирнов.
— С компанией плохой связался. Мутные дела ведет… Несколько раз домой к Мартыновым бандиты врывались… Так Леонид Богданович психанул и выгнал его из дома. Лишил наследства и отрекся от него. Скандал на всю область гремел.
— И где он сейчас? — спросил я.
— Видимо с соратниками бандитами живет… Кто его знает… Я точно в таких кругах не вращаюсь! Все! Закрыли тему. Не стоит омрачать столь прекрасный вечер.
— Черт, а ведь были так близко, — ругнулся я, заходя в комнату после завтрака.
— Да не знает она, — вздохнул Смирнов, — поверь мне, она бы сказала. Но делами он явно опасными промышляет, раз так в лице поменялась.
— Может у родителей его узнать? — предложил Даня.
— Не, позор такой… Леонид Богданович сразу пресечёт на корню эти разговоры, — задумчиво говорил Смирнов.
— Простите, — постучался в дверь лакей. — Можно?
— Да, Тихон, заходи, — сказал Смирнов.
— Случайно услышал ваш разговор с Натальей Владимировной. Я знаю где найти Мартынова. Он сейчас на черном рынке промышляет. На кого-то крупнее работает… Говорят с другом детства.
— Сможешь встречу нам организовать.
— Просто передам, что вы хотели встретиться, но не больше. Я знаю о нем через третьих лиц. В эти круга вливаться не хочу. Наталья Владимировна не будет в гневе.
— Да передай, а там видно будет…
После ночного переезда мы все уснули в секунду и проспали до самого ужина.
Наталья Владимировна закатила целый пир. Блюда сменяли друг друга со скоростью света, я даже некоторые доесть не успевал.
— Алексей Павлович, — ставя очередную тарелку передал мне письмо лакей. — Приятного аппетита.
— Благодарю.
После ужина я тут же отправился в комнату читать письмо. Мартынов приглашал меня на встречу. На его территории и без сторонних людей. Только мы вдвоем.
Уже чувствуется угроза.
Но не таких видали.
Хоть в письме и говорилось, что нельзя никому говорить о месте нашей встречи, я не полный кретин. Конечно же с Луцким и Смирновым мы обсудили план. Даня мне даже дал специальное отслеживающие зелье. Как оказалось, его личная разработка. Смышленый парень. Его нельзя почувствовать и проследить путь зелья можно только, используя специальный артефакт. Я обрызгал зельем всю одежду и обувь. Не запаха не цвета. Идеально.
— Здравствуйте, Алексей Павлович, — подошел ко мне мужчина, образ которого сразу же напомнил мне крысеныша. Лопоухий, низенький с вытянутым лицом, да и два передних зуба сильно выпирали. Теперь я понял слова Смирнова, никакого страха он не вселял. — Вы меня искали? — говорил он медленно, будто это дается ему с трудом. Делая паузы после каждого слова.
— Да, хотелось бы прояснить одно дело.
— Дело? С чем связанно это дело?
— С продажей рабов.
— А, это дело. Хотите продать или купить?
— Скорее искоренить.
— Ааааа, вы из недовольных. Что ж вы в меньшинстве, — спокойно ответил тот и развернулся, собираясь уйти, но я схватил его за камзол и резко почувствовал боль, разжав руку. — Не советовал бы вам… А вы не тот ли Алексей Павлович из Нижнего Новгорода? Романов, полагаю.
— Он самый!
— Что ж далеко вы зашли. Мы вас недооценили… И кто же нас сдал?
— Одна нелепая случайная ошибка в документах.
— А ошибка ли? — задумчиво посмотрел на небо Мартынов. — Потапов, жаль хороший мужик был, придется убить. Не кажется ли вам, Алексей Павлович, что на вашей совести слишком много смертей?
— А вы я смотрю любите перекладывать ответственность на других?
— Отнюдь… Мы мирно вели дела, пока не вмешались вы.
— А сколько смертей на вашей совести?
— Не больше чем у мясника, убивающих животных, ради того, чтобы вы набили брюхо.
— Вы сравнили зверолюдей с…
— С животными, — перебил меня Мартынов. — Таковыми они и являются. Просто дичь.
— Вас не смущает корень люд в их названии?
— Нисколько. Люди те же звери, просто более разумные. Что ж, наш разговор затянулся… Претензии предъявлять нужно не мне, я всего лишь помощник.
— Так отведи меня к твоему начальнику!
— Нет… Не начальнику… Напарнику, соратнику… другу. Алексей Павлович, я не могу гарантировать, что вы останетесь живы после этой встречи.
— Жалкая попытка меня испугать. Веди.
— Это не попытка испугать… Это предупреждение о рисках.
