– Тогда не будем этим чересчур гордиться. Меня всегда настораживает, когда люди слишком гордятся тем, что имеют. Ты ведь помнишь, что сказано о гордыне.
– Да, но я и не собираюсь возноситься. Мы просто хотим, чтобы так было всегда, в любви друг к другу.
– Я надеюсь, Стив, – мягко сказала Джин, – очень на это надеюсь.
Она встала, обошла стол и прижала его голову к себе. Он уткнулся носом в ее грудь под распахнувшимся халатом.
– Бог ты мой, – опомнился Стив, – мне пора мчаться. Мне предстоит долгий путь за рулем.
– Ты завтра вернешься?
– Можешь биться о заклад, что я этого очень хочу, и ничто не сможет задержать меня.
Он поцеловал ее страстно и нежно, на прощанье сказал:
– Поддерживай домашний очаг.
Она проводила его долгим взглядом и медленно, тщательно сложила пальцы правой руки крест-накрест.
Все в их жизни складывалось слишком хорошо, чтобы было правдой. Она могла только надеяться, что это продлится долго…
Джин нравилось заниматься домашними делами, к тому же, управлялась она с ними быстро. К полудню в доме был наведен полный порядок.
Стоял прекрасный солнечный день, легкий ветерок смягчал чрезмерную жару. Джин подумала: «Прекрасная погода, чтобы немного позагорать».
В спальне она сняла халат, раскрыла платяной шкаф и отыскала крохотное бикини, в котором обычно загорала. Их задний двор с высокой изгородью представлял вполне надежное место для уединения.
Бикини прикрывало всего-ничего, но Джин нравилось, что под солнце можно было подставить практически всю кожу. Ей стоило немалого труда, чтобы упрятать в символический лифчик тугие полушария грудей. С трусиками было проще, но они тоже прикрывали от постороннего взора только тот треугольничек ее тела, который совсем уж без прикрытия нельзя было оставить.
Джин подошла к зеркалу, приняла на мгновенье соблазнительную позу и осталась вполне удовлетворенной увиденным. Затем, прихватив темные очки, полотенце, блузку-накидушку и книжку, вышла на задний двор. Она расстелила на траве полотенце и улеглась на него, подставив спину солнечным лучам.
Прошло минут десять, и вдруг Джин услышала скрип двери по ту сторону изгороди, в доме Осгудов.
«Странно, – подумала она, – Денни должен быть на работе, Рози еще не вернулась». Джин приподнялась на локтях, пытаясь заглянуть за изгородь, и увидела Денни. Он опять был одет в свои клетчатые шорты, мощный загорелый торс, густо поросший на груди курчавыми волосами, блестел на солнце. Держа в руке какой-то конверт, Денни направлялся к калитке в изгороди между их участками.
«Господи, – подумала она, – его только не хватало», – и быстро набросила на себя легкую блузку.
Денни уже вошел в их двор и весело поздоровался:
– Привет, Джин!
– Что тебе надо? – спросила она холодно и напряженно.
Он улыбнулся:
– Ну разве можно таким тоном разговаривать с соседом?
– Да, если этот сосед – ты, и если сосед пытается сделать то, что ты пытался сделать в тот вечер.
– А, ты об этом, – беззаботно отмахнулся Денни и уселся рядом с ней на траву. – Я был пьян и потому не считается.
– Но это было, – возразила она. – Ты вообще не должен был приходить в отсутствие Стива.
– Разве я похож на злодея?
Джин смерила его холодным взглядом:
– Да, именно так.
Он расплылся в обаятельной улыбке:
– О Джин, да ты шутница, настоящая шутница.
– Я думаю, – ответила она, – что тебе лучше уйти. Буду весьма признательна, если ты исчезнешь, и как можно быстрее.
– М-да… – протянул он и вытащил из кармана шортов пачку сигарет. – Я уйду, но немного погодя. Такой день хороший выдался, вот я и решил взять отгул, чтобы немного позагорать. Знаешь, как это бывает, все работа и работа, никаких тебе развлечений, так недолго и тупицей стать…
– Все же я думаю, что тебе лучше уйти, – повторила Джин уже с раздражением.
– Но, Джин, – возразил Денни, – если я уйду, то не смогу любоваться тобой. А мне нравится глядеть на тебя, особенно, когда ты в этом бикини. Ты великолепная женщина, Джин…
– Уходи! – категорично потребовала она.
– Ладно, ладно, – сказал он спокойно, – если ты так настаиваешь. Хотя, я думаю, может ты захочешь сначала взглянуть на фотографии, которые я получил по почте.
– Фотографии? – она сощурилась. – Что еще за фотографии?
– Ну, можно сказать, это очень пикантные снимки.
– Меня не интересует подобная пакость.
– Но эта пакость тебя заинтересует.
Денни открыл конверт, вынул оттуда несколько снимком и кинул один из них ей на колени.
– Вот этим, например…
Джин не хотела смотреть на фотографию, но какая-то неведомая сила вынудила ее взять снимок в руки… Она не поверила своим глазам. Она была потрясена и возмущена.
На снимке были изображены мужчина и женщина. В постели. Отпечаток был очень четкий, с хорошо проработанными деталями. Дрожащей рукой Джин отбросила фотографию прочь.
– Забирай эту дрянь и убирайся отсюда сию минуту! – крикнула она в гневе.
Денни поднял руку:
– Спокойно! Если тебе не нравятся эти, может быть, понравятся другие.
Что-то в его голосе заставило ее взять себя в руки. Меж тем, Денни с многозначительной улыбкой уже протягивал ей еще несколько фотографий. Джин заколебалась.
