Соблазн (СИ) полностью

Давление на затылок усилилось, и Алекс непроизвольно сделал несколько шагов вперед.

— А где мой сынок-уродец? Думает, что сможет спрятаться от меня?

В мозгу проносились мысли со скоростью света, поэтому казалось, что все происходящее похоже на замедленную съемку. Стараясь не делать резких движений, чтобы не спровоцировать этого безумца непроизвольно нажать курок, Алекс молча ждал продолжения его монолога.

— Я предупреждал, чтобы вы со мной не связывались. Уроды, — он выплюнул последнее слово, и слух Ветрова четко уловил щелчок.

«Это конец» — пронеслось в мозгу, как та последняя предсмертная мысль, на которую еще способно сознание и разум. Перед глазами мелькнула вся его жизнь, которая каким-то необъяснимым образом уложилась в одну секунду. И замерла на стоп-кадре. Улыбающееся лицо Димы.

Почти физически ощутимый звук давления пальца на курок, и… осечка. Алексей даже сам не понял реакцию всего своего тела. Но в следующую секунду он резко дернулся в сторону и, развернувшись, ударил Гришаева по руке, выбивая пистолет. Тот с тяжелым звуком упал на пол. Алекс был физически сильнее своего противника, и сейчас все его тело, охваченное чувством самосохранения и борьбы за свою жизнь, навалилось на Гришаева, нанося мощные удары.

От силы, с которой его бил Алекс, тот повалился на пол, отчаянно пытаясь дотянуться до своего оружия. Но вся ненависть и ярость, что жили в Алексее, полностью овладели им. Ветров так давно искал выхода для этих чувств, что сейчас просто не мог остановиться. Один на один. Он заставит того заплатить за все.

— Так ты избивал своего сына, тварь? — прорычал Алексей, и его кулак прошелся по скуле Гришаева. — Когда он также беспомощно лежал на полу?

В какой-то момент Гришаев уже почти дотянулся рукой до пистолета, но Алекс успел опередить его движение и, на миг отпустив своего противника, оттолкнул пистолет дальше. Тот с грохотом скользнул по деревянному полу. Воспользовавшись моментом, Гришаев со всей силы ударил Алексея ребром ладони по шее, от чего у Ветрова перехватило дыхание, и оказался сверху над ним, прижав к полу. Руки Гришаева с силой сжали шею Алекса. Тот пытался сбросить его с себя, но руки будто приросли к его горлу, перекрывая доступ кислорода. Сознание, бьющееся в панике, постепенно начинало тускнеть, пока Ветров вдруг неожиданно для себя не смог вдохнуть полной грудью. Кто-то оттащил от него Гришаева, и через мгновение над ним склонилось ангельски-светлое лицо Димы.

— С тобой все в порядке? — звук встревоженного голоса проникал, будто через заложенные ватой уши, но вскоре это ощущение сменилось звоном, который постепенно начал затихать.

— Да, — просипел Ветров, кашляя и непроизвольно касаясь рукой шеи.

Он осмотрелся и увидел у себя в квартире людей в форме. Видел, как те надевают наручники на Гришаева. Уводят его. Аккуратно поднимают с пола пистолет, опуская его в полиэтиленовый пакет. И все происходящее казалось сценой из какого-то кинофильма, который он сейчас просто смотрел. Будто со стороны. Еще не до конца веря во все происходящее. В то, что был на волосок от смерти, и что его спасла только счастливая случайность.

— Но как ты…

— Случайно, — обнимая Алексея, и помогая ему подняться, выдохнул Дима, — я просто возвращался домой, надеясь тебя здесь застать. Но когда подошел к дому, заметил, как в подъезд вошел мой отец. Не сложно было догадаться, что не с дружеским визитом, поэтому я сразу вызвал милицию.

— Этот сукин сын чуть не пристрелил меня, — невесело усмехнулся Алексей.

К ним подошел следователь, вынужденный задать определенные вопросы. Алексей с Дмитрием рассказали все, что знали, не забыв упомянуть и нападение на Диму, и предполагаемый поджог типографии. Кроме того, им уже было известно об огнестрельной ране Никиты. Когда все, наконец, ушли, оставив их в покое, Алекс почувствовал, как его тело принимает состояние желе, будто из него разом высосали все соки. Он заполз на диван, а рядом с ним на пол уселся Дима и сжал его руку.

— Думаешь, это конец?

— Искренне на это надеюсь. Второго такого раза я могу и не пережить.

Дмитрий мягко поцеловал руку, сжимающую его пальцы.

— Никита очнулся, — проговорил он. — С ним все в порядке. Аня осталась в больнице.

— Это хорошая новость, — улыбнулся тот. — Иди ко мне.

Алексей подвинулся, и Дима лег рядом, обнимая его. Они лежали молча, как всегда обмениваясь энергией и подпитывая друг друга. За окном город накрыла ночь, обещая вскоре новый рассвет и новый день.