Одна судьбоносная ночь. Тони Лэнгстон соблазняет своего лучшего друга - любовь всей ее жизни. Всего две проблемы- он не помнит это и она беременна. Тони Лэнгстон была влюблена в своего лучшего друга годами. В ночь, когда они с Саймоном занимались любовью, он расстался со своей девушкой. Тони была унижена и оскорблена, когда на пике удовольствия с уст Саймона слетело имя его бывшей. А на следующий день он не помнил ничего из предыдущей ночи. Тони решает забыть и не напоминать ему об этом. А через 2 месяца узнает, что беременна. Девушка хочет, чтобы Саймон любил ее, а не чувствовал ответственность за ребенка. План рождается сразу - нужно соблазнить лучшего друга, показать ему, что она не выступает в роли его младшей сестры, а станет для него настоящей женщиной достойной любви, не меньшей, чем она сама любит его. И это сработало! Может даже слишком хорошо... Но между ними секрет... Будет ли все и дальше так же прекрасно?
Переводчик: Диана Глюк
Редактор: Инна Кучерявая
Бета-корректор: Ольга Васильева
Обложку подготовила: Юлия
Гостиная взорвалась в радостных возгласах, когда ресивер столкнулся с линией защиты. Тони наблюдала, как ее брат и два других соседа по дому Эй-Джей Спинелли и Саймон Эндрюс хлопали друг друга ладонями, давая «пять».
- Тони, садись с нами. Ты пропускаешь игру, - позвал Мэтт сестру.
Она улыбнулась и покачала головой: - Мне хорошо там, где я сейчас, - и продолжила сидеть на барном стуле в кухне.
Кухня была совмещена с гостиной, и с ее места Тони видела всю игру поверх голов парней, сидящих на диване. Эти трое были поглощены игрой, которая близилась к середине. Мэтт устроился на диване поглубже, его волосы, в точности, как и ее, каштанового цвета были заправлены за уши, умоляя о стрижке. Эй-Джей – мистер Греческий Бог, был блондином. Сейчас он был занят запихиванием попкорна в свой ненасытный рот. Его выгоревшие на солнце волосы были зачесаны наверх, намекая на количество использованного мусса для укладки. Саймон - мистер Серьезность, сидел на краю дивана, смотря внимательно свою любимую игру. Его темные волосы, не каштановые, но и не совсем черные, лениво спадали ему на лоб. Он обернулся, увидел, что Тони смотрит на него, и подмигнул ей своими зелеными, как весенний лист, мерцающими глазами.
Вздохнув, она обернулась в испуге и уткнулась в блокнот, в котором вела записи и нервно зажевала нижнюю губу. Пытаясь сконцентрироваться, она изучала газетную страницу с объявлениями о сдаче квартиры. Играя ручкой, она нашла несколько подходивших ей вариантов и обвела их. Дело в том, что она не хотела съезжать из дома, который делила с парнями уже три года, даже не могла представить такого. Но она должна была, и чем скорее, тем лучше. Парни начали вставать с дивана, чтобы отправиться на кухню, а Тони запихнула газету к телефонной книге.
-Техасцы лидируют на 14 пунктов, - в отвращении сказал Саймон, направляясь к ванной комнате парней.
- Эй, Тони, ты не против, если я воспользуюсь твоей комнатой для девочек? – спросил Эй-Джей, - Саймон может застрять в нашей на час. Он одарил ее веселой ухмылкой, когда она кивнула ему, соглашаясь.
- Что делаешь сестренка? – cпросил Мэтт, вынимая пиво из холодильника. – Хочешь?
Она покрутила головой отказываясь. Мэтт сделал длинный глоток, не отрывая глаз от нее, поверх бутылки. Он подошел к ней и взъерошил ее волосы: - Что-то ты тихая сегодня сестренка. Игра не интересная? Обычно ты болеешь громче всех. Тебя что-то беспокоит?
Тони глубоко вздохнула. Она понимала, что рано или поздно ей придется признаться и предпочитала сделать это без пялившихся на нее Эй-Джея и Саймона: - Я собираюсь съехать отсюда.
Он не среагировал бы более яростно, даже если она проломила ему черепушку. Его карие глаза широко раскрылись, а нижняя челюсть устремилась к полу. Он грохнул своей бутылкой о стойку: - Ты это не серьезно! Что не так? Что произошло?
Тони тихо пыталась успокоить его: - Все нормально, ничего не случилось. Просто пришло время мне обзавестись своим уголком.
Тони уже пожалела, что завела этот разговор. Она, конечно, ожидала конфронтации, но не сделала скидку на темперамент брата.
- Что-то все же случилось, - сказал он, игнорируя ее протест, – ты не говоришь мне всей правды. Я думал, ты счастлива здесь. Мы вместе решили, что Саймон и Эй-Джей переедут сюда, когда папа и мама погибли и оставили нам этот дом. Ты что, сейчас сожалеешь об этом?
Тони прикрыла свои глаза. Этот разговор становился тяжелее, чем она думала: - Ты же знаешь, я люблю этих парней. И я никогда не сожалела, что они делят с нами этот дом, но пришло время мне съехать. Расправить немного мои крылышки. Время, доказать, что я не нуждаюсь в вашей заботе 24 часа в сутки.
- Так дело в этом? Думаешь, мы излишне опекаем тебя? Я могу поговорить с парнями. Мы можем отвалить, – он улыбнулся и соединил свои руки с ее.
- Да, вы властные и излишне опекающие, все вы, но я люблю вас за это. И дело совсем не в вас или в ком-то другом. Я просто думаю, что пришло время для меня.
- Мне это не нравится, - он скрестил руки на груди, а его губы вытянулись в прямую линию, – и все же, ты не совсем честна со мной, я вижу это в твоих глазах.
- Что происходит? – спросил Саймон, приближаясь к бару.
- Она только что сказала, что съезжает от нас,- сказал Мэтт, все еще не веря себе.
- Это правда? – мягко спросил Саймон, сверкнув в нее своими ленивыми зелеными глазами. Глазами, заставляющими ее чувствовать себя обнаженной. Вспышка возбуждения коснулась ее шеи, когда она представила его обнаженным, на своем теле, свои руки, скользящие по его бесподобной, крепкой груди и мускулистым рукам.
Она кивнула неспособная говорить или встретить его пристальный взгляд.
- Почему?
Она заерзала на табурете, запустив пальцы в свои длинные кудри: - Я думаю, пришло время, обзавестись своим собственным домом, – повторила она как мантру.
- Ты уже это говорила, – ответил Мэтт, - почему ты говоришь о переезде именно сейчас?