Скрипачи прервали мелодию и через мгновение один из них взмахнул смычком, начав выводить быстрые, чуть отрывистые ноты. Второй, немного помедлив, присоединился, подхватывая. Максимилиан обхватил ладонь девушки и сделал шаг назад увлекая её за собой, нажатием крепкой ладони на талию вынуждая следовать за ним. Ещё пара шагов назад, поворот в сторону и резкий поворот кругом. За ним ещё и ещё один. И снова череда шагов, то отступающих, то переходящих в наступление.
У девушки не оставалось ни единого шанса вырваться из плена быстрого ритма мелодии и захвата его рук, подчиняющих себе, плавящих её волю. Быстрые, волнующие звуки, льющиеся из-под смычков скрипачей, сменялись высокими нотами, ритм сменялся более медленным, но полным чувственности.
К чёрту всё, можно же закрыть глаза и не видеть ничего. Просто слушать волнующую мелодию, давая увлечь себя в танце, убыстряющемся с каждым мгновением. Один оборот вокруг своей оси сменяет другой, скользящие движения по бо́льшему кругу — словно вихрь, раскручивающийся всё сильнее и сильнее. Ещё немного и унесёт прочь. Её туфли уже едва касались каменного пола. На высокой ноте Максимилиан крепче прижал её к себе, оторвав от пола, кружа на одном месте, и вдруг резко остановился, откинув её на своей руке.
Музыка замолкла. Девушка открыла глаза. Максимилиан махнул рукой, и тихо скрипнула дверь. В зале остались они одни. Сердце ещё заходилось от приятного слегка возвышенного ощущения. Высокий потолок слегка плыл в сторону перед глазами. Максимилиан не сводил с её лица напряженного взгляда.
— Отпусти!
— Уверена? — усмехнулся Максимилиан и ослабил хватку, едва не дав ей соскользнуть вниз.
— Или держи меня крепче, не давая упасть, — прошептала Эмилия, прикрывая глаза и наблюдая из-под полуопущенных ресниц за реакцией Максимилиана.
На мгновение ей показалось, что он набросится на неё, как раньше, целуя жадно и неистово…
— Ты обязательно упадёшь, но не сейчас. Сейчас ещё слишком рано.
Всего несколько слов, оброненных небрежно. Но они словно стрела, пронзающая крылья, распахнутые в стремительном полёте после чувственного танца. В этом весь Максимилиан, осознает Эмилия. Дать взлететь и тут же спустить на землю. Он проводит её до спальни, обещая, что уже завтра она сможет перебраться к себе, и покидает, оставляя в комнате совершенно одну. Эмилия не знает, где Максимилиан провёл ночь. И это не волнует её абсолютно. Просто промелькнула ещё одна мысль среди всех прочих — и только.
Комнату на самом деле восстановили, к вечеру следующего дня. Но на этот раз цвета обоев иные, чуть более спокойные, белые с золотыми разводами. Обстановка и мебель тоже отличаются от прежней. Эмилия облегчённо вздыхает. На этот раз Максимилиан не стал издеваться над её чувствами, будоража воспоминания о родном доме, которого у неё больше нет. В целом, комната приходится Эмилии по вкусу. Она лишена той романтичности и легкомысленности, присущей молодым сентиментальным девицам. Эмилия с усмешкой на губах укладывается спать, осознавая, что подобных чувств в ней — ни на грош.
А утром под дверью спальни она находит тот же лист бумаги, что лежал в столе Максимилиана, с новой припиской, сделанной им, ниже всех прочих.
Записочки, передаваемые ими друг другу на том же самом листе бумаги, разнообразили жизнь. Не длинные послания, но всего пару коротких строк, полных язвительной иронии и колкостей, заставляющих улыбаться и предвкушать ответное послание. А как тебе понравится вот это?.. И пальцы руки выписывали изящные наклонные буквы против его букв, корявых и острых.
«Оправляйся к чёрту!» — таково было последнее послание, оставленное ею. Ответ последовал незамедлительно:
Эмилия расхохоталась в голос, не удержавшись, хотела написать что-то в ответ, но увы, свободного места на листе уже не осталось. Дверь комнаты распахнулась.
— Может быть, стоит поучить тебя хорошим манерам? Стучаться перед тем как входить в комнату.
— Мы будем спорить о такой мелочи? Или выслушаешь меня? Я хотел предложить тебе отправиться на охоту. Ты так бравировала в нашей милой переписке, рассуждая о том, как разнесла бы мою бедную голову выстрелом. Потренируешься для начала на животных.
Максимилиан отошёл в сторону:
— Хелен, подай Эмилии костюм.
В дверь комнаты скользнула служанка, раскладывая на кровати одежду.
— Спасибо, можешь идти.
Эмилия окинула взглядом одежду.
— Это что, мужской костюм?
