Предложение исходило от Кейра и сделано было им Селии, когда та приехала из Лондона проведать Элспет.
Селия посетовала, что «Литтонс» не поспевает за современными тенденциями в литературе и театре. Читатели и зрители требовали более реалистичных книг и пьес.
– Вы посмотрите, каким успехом пользуется пьеса «Оглянись во гневе» [12]. Это настоящая революция. Молодежь восстает против старых порядков. А в «Литтонс», похоже, никто, кроме меня, не ощущает необходимости перемен.
– Под словом «никто» вы подразумеваете рабочий класс? – спросил Кейр.
Элспет настороженно посмотрела на мужа, но он улыбался Селии.
– Вовсе нет, – холодно возразила Селия. – Не понимаю, Кейр, почему вы до сих пор так болезненно относитесь к этой теме. Я имела в виду совсем другое. Людям хочется реалистичных книг, герои которых принадлежат к самым разным социальным слоям. Например, «Счастливчик Джим» Кингсли Эмиса. Очень интересный роман. Пусть главный герой и из низов, но выписан реалистично. Мне он понравился.
– Это и есть рабочий класс.
– Нет. Это реальная жизнь. Такая, какая она сейчас.
Вот тогда-то Кейр и высказал предложение написать книгу о расовых проблемах в Британии. Назавтра он позвонил Селии, чтобы подробнее рассказать о своем замысле. По его мнению, публикация такой книги требовала большой смелости.
– Смелость – одна из черт моего характера, – сказала Селия.
– Согласен. Теперь о замысле… Эти люди приезжают к нам тысячами. В основном с Ямайки. Мой приятель – он тоже из Глазго – работает в школе в Брикстоне. Пару месяцев назад я виделся с ним на собрании Национального союза учителей. Так вот, его ученики могут рассказать такие вещи – у вас волосы дыбом встанут.
– Например?
– Начнем с того, что им негде жить. Домовладельцы, квартирные хозяева не желают сдавать им жилье. Говорят, это создаст их домам дурную репутацию. Даже объявления выставляют в окнах: «Цветным не сдаем». Как себя должны чувствовать дети, видя такие объявления? Я говорю про цветных детей.
– Очень любопытно, – задумчиво произнесла Селия.
– Вот и я о том же. Как будто мы все альбиносы или что-то в этом роде. Тем, кому удается снять жилье, живут по пять семей в одном доме. По десятку человек в комнате. В классе моего друга учится цветной мальчишка. Так вот его семья вынуждена жить в квартире еще с двумя семьями. Обратите внимание: в квартире, а не в доме. Он спит под обеденным столом.
– Как удивительно, – сказала Селия. – Однако нечто подобное я видела, причем очень давно. Именно так жило семейство Миллер, когда я впервые встретилась с ними.
– Чье семейство? А-а, понятно. Наверное, вы думали, что с тех пор общество изменилось. Но Миллеры, по крайней мере, не сталкивались с расовыми предрассудками. У другого ученика отец не может найти работу. Он хотел устроиться на железную дорогу, однако ему отказали. «Цветных не берем». Когда мать этого мальчика пришла на родительское собрание, мой друг спросил о причинах отказа. Оказывается, белые рабочие не хотят работать вместе с цветными. Утверждают, что цветные привыкли все делать спустя рукава. Какая убедительная причина! Теперь в пабах не редкость встретить надпись: «Цветных не обслуживаем». Получается, выходец с Ямайки даже не может вечером выпить пива, чтобы не наслушаться оскорблений. А ведь социальные проблемы накапливаются, и это ужасно.
– Конечно ужасно. Я и не знала.
– Ну вот вам и сюжет книги. На вашем месте я бы за него ухватился.
– Серьезно? – сухо спросила Селия. – Я пока не слышала сюжета.
– Он простой. Черный парень, белая девушка. Динамит. Но я уже говорил, что вам понадобится изрядная смелость.
На другом конце провода Селия долго молчала.
– Одному Богу известно, как к этому отнесется Джайлз, но мне такой сюжет очень нравится, – сказала Селия и снова помолчала. – Кейр, могла бы я вам снова предложить…
– Селия, мой ответ «нет». Извините, но снова говорю вам «нет».
– Мамочка, давай же, рассказывай. Как он тебе? Понравился? А Барти? Она действительно счастлива? Кто еще там был? И его дочку видела?
Селия закурила, глубоко затянулась сигаретой и взяла фужер с шампанским, налитым Венецией.
– Я нашла его невыносимо ужасным, – сказала она.
Поездка глубоко разочаровала Селию. Барти сама встретила ее в Айдлуайлде и отвезла домой. По дороге она болтала как заведенная, стараясь тем самым избегнуть расспросов.
Барти сильно похудела и выглядела усталой совсем не так, как должна бы выглядеть женщина накануне свадьбы. Селия сказала ей об этом. Барти отшутилась, свалив все на чрезвычайную загруженность и непростую ситуацию на книжном рынке.
– Зато теперь я невероятно счастлива, – добавила она.
Чарли с девочками встретил их на пороге дома. Дженна сразу же бросилась Селии на шею и принялась целоваться. Селия с удовлетворением отметила, что дочь Барти сильно вытянулась и повзрослела. Стала менее озорной, меньше пререкалась и обладала пугающе взрослым чувством юмора. Единственным признаком прежней эксцентричности остались часы, красующиеся у нее на обеих руках.
