Среди полей, весной обетованных,Среди дождей, в зарницах осиянных,Среди снегов, роскошно самобраных,И средь людей, простых и необманных,Я вырос несмышлёным купырём.И если б солнце грудь не золотило,И если б вьюга чуб не ворошила,Ничто б меня навеки не смутило,Но как-то песня к горлу подкатила,И я у песни стал поводырём.Давным-давно из мрачных подземелий,Из курных изб и монастырских келийВ цветном венце из лилий и камелийНа белый свет для дружбы и веселийОна явилась, вольная, в тиши.И с той поры, смеша и скомороша,Она летит, как светлая пороша,Чтоб каждая волынка и гармошкаОткликнулись бесстрашно и сторожкоНа чистый голос песенной души.Пусть в этом мире люди есть другие,Чьи души недоверчиво-сухие,В ком боль мертва, но помыслы пустыеСродни чертополоховой стихии, —Им наши песни – лапоть да хомут…Пусть в их глазах мы всё «не прозреваем»,Но мы на жизнь свою не уповаем,О правоте своей не забываем, —Что мир в конечном счёте познаваем.И с русской песни пошлин не берут!В кромешной тьме под тучей соболиной,На пустыре, над пепельной равниной,В большом дому и в горенке старинной —Её напев торжественно-былинный,Её язык бесхитростно простой!Теперь и я в пленительной неволеВлачусь за ней, как перекати-поле,Пою родное русское раздолье,Пою любовь счастливую, доколеНе пропаду, обманутый тобой.Нет, я не слаб, унынье – святотатство,Не обнищало песенное братство,А песня есть весёлое богатство,И, если можно песнею остаться,Я не умру, пока не рассвело,Чтоб ржавых лжей рассыпалась полова,Чтоб не гнушались нашего былого,Чтоб встала совесть свято и сурово,Чтоб хоть одно-единственное словоМоё в народной памяти жило.<p>«Запропали дни мои унылые…»</p>
