Собрание пьес. Книга 2 полностью

Пауль. Вы красивая, грациозная. Вы так мило танцевали там, на пляже. Вы — добрая. Да нет, не это главное. Вы простая, обыкновенная русская девушка, такая, каких в России много, много. У вас спокойное и смелое сердце чисто русской девушки. Вы любите Россию и потому верите, что она должна победить. И так как вас таких в России много, много таких, которые веруют в победу и хотят победы, то вы заражаете нас всех волею к победе, — и мы победим. Вы живете достойно, мило и просто, а когда понадобится, вы сумеете умереть так же просто и спокойно. Вот за что я вас люблю.

Лиза(закрывая лицо руками). Пауль, Пауль, мне стыдно, вы так меня хвалите…

Пауль. Разве я вас хвалю? Я же сказал, что таких в России много.

Лиза. Вот и полюбите какую-нибудь другую.

Пауль. Каприз сердца, Лиза. Знаю, что вы меня не любите, да уж что… Когда будем выбивать немца штыками из окопов, вспомню вашу милую улыбку, и мне все нипочем будет. Пусть вы, русская барышня, не любите эстонца, — да ведь я вас люблю, я запомню вашу светлую улыбку, и этого с меня довольно.

Лиза. А может быть…

Анна Сергеевна. Лиза…

Лиза. Я здесь, мама…

Анна Сергеевна. Ты, кажется, вовсе не думаешь о том, что нам нужно укладываться?

Лиза. Такая хорошая погода… Что мы будем делать в Петрограде?

Анна Сергеевна. Нет, нет, укладываться и уезжать…

Лиза. Я не поеду. Я одна останусь…

Анна Сергеевна. Пока еще пускают в Петроград, а потом уж ни впускать, ни выпускать не станут. А если сейчас поедем, так успеем еще, Бог даст, и из Петрограда уехать.

Лиза. Куда же еще ехать, мама?

Анна Сергеевна. В Вологду, в Нижний, подальше куда-нибудь.

Лиза(со смехом). Что же вы думаете, они и в Москву придут?

Анна Сергеевна. Ах, Лизонька, это только вопрос времени…

Немка(проходя). Да, наши скоро в Москву придут.

Лиза. Да, вот мы ваших привезем в Москву, пленными.

Анна Сергеевна. Ты слышишь, слышишь, что она говорит?

Лиза. Наглая дура, потому и говорит. И еще потому так говорит, что знает нашу русскую снисходительность, знает, что ничего ей за это не будет. Ведь у нас не Германия.

Анна Сергеевна. Она знает. Иначе бы не говорила. Они хитрые, они везде пройдут.

Лиза. Ну, мама, и трусиха же ты…

Анна Сергеевна(плача). Лиза, я не хочу, чтобы прусский солдат меня прикладом пришиб. Они грубые, жестокие люди. Что они делали во Франции во время франко-прусской войны… Ужас… ужас…

Лиза. Ну, это будет последний раз. Они дорого заплатят за свою наглость, мы и наши союзники сокрушим их разбойничье гнездо.

Лейфельд. Верно, барышня, верно… Попался Василий Федорович, недолго ему пировать осталось…

Лиза. Андрей Иванович, вы на войну идете?

Лейфельд. Нет, я ратник. До меня не дошла еще очередь. Без нас много народу.

Анна Сергеевна. Где ему, такому толстому, идти. Да и как он на немцев пойдет? Он немецкое пиво любит.

Лейфельд. Пиво немецкое я люблю, а немецкий кулак бронированный я презираю.

Лиза. Андрей Иванович, а что если немцы сюда придут?

Лейфельд. Мы их сюда не пустим. Я возьму мое ружье и один сто немцев убью.

Лиза. Мама, мама, послушай, что он говорит…

Анна Сергеевна. Ужас… Ужас… Все равно, здесь жить нельзя. Наши или чужие, все равно, придут солдаты, поселятся на нашей даче и нам велят уходить. И провизии скоро не будет, всех лошадей взяли.

Лиза. Мама, что ты говоришь… При чем тут лошади?

Анна Сергеевна. Не на чем будет возить провизию. И на станцию не на чем будет ехать.

Лиза. Доберемся, мама, и до станции.

Анна Сергеевна. На чем же? Пешком, что ли? Семь верст свои чемоданы на спине потащим. Не успеешь уехать — сиди и умирай с голоду.

Козовалов. А мы сегодня в лавочку заходили шоколад покупать, так много еще.

Бубенчиков. Закупите побольше шоколаду. Можно будет варить шоколадный суп.

Козовалов. Нет, не надо. У нас ворон много, я стрелять буду.

Анна Сергеевна. Благодарю покорно… Сами и кушайте, я воронину есть не привыкла…

Бубенчиков. А вы читали объявление? Кто мину поймает…

Анна Сергеевна. Ах, не говорите про эти объявления… Вообразите, даже амуниции нет.

Лиза. Мама, что ты говоришь…

Анна Сергеевна. Просят, чтобы с собою солдатики сапоги приносили. Несчастные люди… Опять будет, как в японскую войну.

Лиза. Мама, ты жена военного, а рассуждаешь совсем как ничего не понимающая.

Анна Сергеевна. Ты много понимаешь… Ты бы посмотрела на запасных, — у них у всех сон сем сумасшедшие глаза…

Лиза. Ну, этого я ни у кого не видела… И отче го это женщин на войну не берут… Ведь были же в древности амазонки… О, с какою бы радостью я пошла воевать против этих жестоких пруссаков…

Козовалова. Была и у нас девица-кавалеристка Дурова.

Анна Сергеевна. Она у меня патриоткой оказалась…